И я снова начинаю тихонько выть от отчаяния. Иногда перехожу на крик и молочу кулаками по двери. Меня всё равно никто не слышит, и я беспрепятственно срываю голос и обдираю руки. Но эта боль ни в какое сравнение не идёт с той, которая рвёт меня изнутри.

А потом, когда в пересохшем горле начинает саднить, кашляю, перевожу дух и потихоньку скулю, свернувшись в клубок. Я бессильна что-то изменить.

Потом да, я сорву планы этого чудовища. Но сейчас, когда Рум ещё может быть жив, мне хочется взорваться, разрушить эту тюрьму и весь этот проклятый дворец, всю эту империю, лишь он был жив. Но магию у меня отняли.

Уже давно я не ощущаю время. Не знаю сколько прошло часов, дней или лет, когда в замке поворачивается ключ. Затаиться, держаться, казаться покорной, ждать момента, когда можно будет отомстить. Только не выдать сейчас свои настоящие чувства.

Дверь открывается не полностью, и внутрь проскальзывает знакомая фигура.

– Тише, девочка, – это Алия.

Я ждала, что придут враги, и я не знаю, на чьей она стороне, но всё равно хриплю сорванным голосом:

– Рум… Он ещё жив?

– Да, но в опасности. Пей, – она придерживает меня за затылок и прикладывает к губам чашу.

– Что это? – я очень хочу пить, но стискиваю зубы. А вдруг она враг, что, если меня хотят усыпить.

Алия горько усмехается, принимая моё недоверие, и первая делает большой глоток. И тогда я пью. Тёплый травяной настой льётся в пересохшее горло.

– Ты можешь ему помочь, если услышишь меня сейчас.

Я захлёбываюсь напитком, закашливаюсь, и по щекам начинают течь слёзы, а потом, я прижимаюсь к Алии и реву, как в далёком детстве.

– Тише, девочка, возьми себя в руки. Очень многое зависит от тебя.

– Ты меня выпустишь отсюда?

– Я тебя сейчас переведу в надёжное место.

– А моя магия? Ты прошла через барьер. Ты можешь разблокировать моё хранилище?

– Обязательно, но чуть позже. Если сделать это сейчас, тебя схватят. И меня заодно. Дракон почувствует, а император часть его. Но как только они сосредоточатся на ритуале, ты получишь свои силы обратно. И твоя единственная и самая важная задача будет удержать своего истинного. Не дать ему покинуть тело.

То, что сейчас захлёстывает мою душу это не радость, ведь праздновать ещё рано, но это такая надежда и одновременно счастье, от того, что я не буду сидеть и ждать, как тряпичная кукла, а смогу сражаться за свою любовь и жизнь. Потому что любовь и жизнь могут быть для меня только вместе.

– Когда ты узнала?

– Были кое-какие подозрения, и не только у меня. Но один глупый мальчик решил, что справится сам.

– Ты о ком?

– Пока что, чем меньше ты знаешь, тем лучше.

– Император так же сказал, – мрачнею я.

– Но цели у нас с ним разные.

– А у тебя…

– Тс-с-с, сейчас не мешай мне. Если что-нибудь сорвётся, ты ведь не захочешь остаться во дворце?

– Нет, конечно.

– Поэтому здесь посидит твоя сестра-близнец. Отойди к двери.

Я не поняла о чём она, но промолчала, кивнув. Нельзя изводить время на болтовню. А Алия отвернулась от меня и уставилась на кровать, на которой я недавно лежала. Она не делала никаких пассов руками, не произносила слов, а магию я сейчас в любом случае не могла почувствовать. Но под тонким одеялом начала прорисовываться фигурка девушки, свернувшейся клубком. Рыжие локоны в беспорядке рассыпаны поверх покрывала. А у меня защемило сердце, так как всего час назад на этом месте лежала я, и моим отчаянием, казалось пропитались даже стены темницы.

Несси встретила нас на выходе из камеры.

– Да, – подтвердила Алия, – без неё мне было бы труднее тебя отыскать. Таких камер как твоя здесь с полсотни, и ни одна из них не фонит.

Мы прошли мимо караульного помещения с мирно спящими охранниками, и поднялись по лестнице из подвала. Здесь я никогда не была. На экскурсии по дворцу подвал с заключёнными мне не показывали. Да и принесли сюда, когда я была в беспамятстве.

На заднем дворе нас ждала карета, запряжённая ящером. Управлял им обычный стражник, в шляпе, надвинутой на очень знакомый нос. Я чуть не окликнула его, но Алия дёрнула меня за руку, и подтолкнула в карету. Несси без всякого приглашения заскочила внутрь и свернулась клубочком у меня на коленях. А Алия села напротив, сосредоточенно глядя в одну точку. И я поняла, она устанавливает щиты.

И только когда мы покинули территорию дворца, она вздохнула с облегчением и перевела взгляд на меня.

– Мы едем…

– …туда, куда нужно. Доверься.

Я закусила губу. Рэй, Алия, Несси. Если им не доверять, то останется только желать смерти. В мире не должно быть только зло и отчаяние. И я кивнула ей.

– Хорошо.

– Умница, – Алия пересела на мою сторону и обняла меня. – Вот только не вздумай реветь сейчас, – она стёрла непрошенную слезинку с моей щеки. – Именно сейчас тебе надо собраться, поверить в свои силы и сделать то, что я скажу. Но только то. Никакой самодеятельности. От этого зависит жизнь Рума. Поняла?