За загородкой стоит Лера в тёмно-красной амазонке. Первый раз испытываю удовольствие при виде её. Как и положено великосветской наезднице, на ней широкая длинная юбка. Но сверху всё вызывающе до неприличия. Короткая курточка расстёгнута не из-за жары, а по необходимости. Грудь девушки явно не помещается внутри. Интересно, она специально надела такую тесную одежду?

Ощущение, что подход к гардеробу у них с магистром Рэйнером один на двоих. Парни уставились на неё, забыв обо всём. Но сама Лера смотрит на меня, едва сдерживая бешенство. Нет, всё-таки так себе неожиданность, не очень приятная. Теперь она точно попытается мне отомстить. Вот только в чём я перед ней провинилась?

– Мастер Ренни, – капризно повторяет она, переводя взгляд с недостойной меня на магистра, вы обещали покатать меня на Хрусте.

– У меня занятие, – рычит магистр.

– Я вижу, – в тон отвечает Лера.

Они меряются взглядами. Уж не знаю, чем она берёт его, но он неохотно уступает.

– А впрочем, уже всё. Иду.

Он обращается сразу ко всем запечатлевшим ящеров:

– Ждёте здесь. Я пришлю служителя, он покажет, где живут ваши ящерицы, и объяснит, как за ними ухаживать.

Он всё ещё стоит рядом со мной и, прежде чем отойти, тихо, так чтобы слышала только я, многообещающе бросает:

– Ещё поговорим, Рыжая.

– Спасибо, Рокси, – шепчу я, поглаживая ластящуюся ко мне чешуйчатую красавицу.

Я почти счастлива, единственная заноза, это внимание ко мне магистра. И меня это не радует. И вообще, что происходит, стоило уехать из родной обители, и вот вам, каждый считает, что он вправе хватать меня. Этот любвеобильный магистр, у которого, наверное, в каждой обители растут дети. А ещё раньше тот нахал в трактире.

Ох, лучше бы я о нём не вспоминала. При одной мысли о том неожиданном поцелуе по спине снова пробегает стадо мурашек. «Мы ещё увидимся, Огонёк». Глупости какие. Где мы можем увидеться? Ни малейшего шанса в огромной столице. Да и незачем.

Рокси толкает мою руку и тоскливо скулит. И я снова не могу понять, это её тоска, или моя. Почему я не могу забыть синеглазого наглеца? Кедр и можжевельник, а ещё волшебный терпкий и пряный аромат кожи. Рокси тихонько взвыла. Прости милая, я не о том думаю. Нам теперь с тобой вместе справляться с нашим общим настроением. Пора забыть незнакомца, которого я никогда не увижу.

– Что это было? – встречает меня Кора, когда, выслушав все инструкции служителя, и попрощавшись с Рокси, я покидаю загон. Остальные студенты уже ушли, и мы с ней остались вдвоём.

– Ты о чём?

– О твоих отношениях с магистром.

– Нет никаких отношений.

– Он канах.

– Я помню.

– И вряд ли тебя вернут в обитель для детей высших магов.

– Кора, успокойся, я всё понимаю, я не подпущу его к себе. Сегодня он застал меня врасплох. Да и не было ничего.

– Ну да, ничего. Теперь слухи разлетятся по Академии. Хотя почему разлетятся? Уже разлетелись. Девчонки просто глазами вас жрали.

– Меня больше беспокоит Лера.

– И это тоже. Я тут маленько послушала местные сплетни. Лера метит в императрицы, не меньше.

– Это как? Выйдя за канаха?

– Я сама в шоке. Я столько интересного узнала за эти несколько часов.

Интересно, когда она всё успевает.

– Ты знаешь, что раз в двести лет император передает свою власть и свою магию? Не спросишь кому?

– Кому? – послушно повторила я за ней.

– Победителю третьего этапа состязаний.

– Вот просто так передаёт?

– Не просто, а во время ритуала. Бог-император переливает в избранного канаха свою магию и власть. Потом он умирает. А у нас новый император.

– Первый раз об этом слышу.

– Последняя передача была как раз двести лет назад. Все сейчас только об этом и говорят. А магистр Рэйнер, шесть лет подряд победитель. Главный кандидат. Поэтому Лерочка в него и вцепилась…

– А почему я об этом не слышала?

– Потому что ты высшая. С такими как ты слуги не сплетничают.

– Так это всего лишь сплетни и слухи?

– Ты не веришь?

– Трудно поверить. Зачем Императору отдавать кому-то свою силу?

 

– Затем, что тело не вечно. Император сильнейший маг и стареет медленнее, чем простые смертные. Но когда приходит его время, он не уносит магию с собой, а передаёт избранному. Говорят, – Кора понизила голос до шёпота, – император уже год как не может ходить. Его время сочтено. Только не говори никому. За такие слова и казнить могут.

– Кому я скажу кроме тебя? Идём домой. Ужин скоро, помыться надо. От меня палёным пахнет после этих ящеров.

Глава 7. На канате. Знакомый незнакомец.

Больше всего неприязни люди испытывают к тем, кто им бескорыстно помог. А уж если мужчина оказался слабее женщины, как такое перенести…

Когда я лезла через загородку, путаясь в своей юбке, меньше всего я думала о потеплении отношений с сокурсниками. Но и того холода, которым меня окатили на следующий день, я не ожидала.

Прямо-таки возникло желание огоньком вдарить по ледяной корке взглядов, просто так, чтобы согреться.