Однако стоило выйти в торговый зал, как в дверях показался припозднившийся посетитель.

 – Динь-динь, – звякнул колокольчик, задетый высокой шляпой, которую клиент даже не подумал снять.

Будь это Александр, непременно снял бы головной убор. Да любой воспитанный мужчина снял бы шляпу в помещении.

Но этот был не из таких. Более того, он еще глубже надвинул ее на лоб, так что верхняя половина лица и вовсе стала не видна.

– Чем могу помочь? – тем не менее изобразила я любезную улыбку.

Клиент всегда прав, ничего не поделаешь.

Боязливо оглянувшись, он повертел головой, высматривая что-то в углах, и опасливо приблизился к самому прилавку.

Я на всякий случай сжала рукоятку сковородки, которую определила жить под прилавок на всякий пожарный.

– Скажите, у вас есть самописец? – глухо спросил этот странный тип.

– Что, простите?

– Самописец, – пояснил он, снова оглянувшись на вход и изображая пальцами нечто пишущее.

– Перо? – догадалась я.

– Само. Писец! – выделяя обе части слова, повторил посетитель.

Ну мало ли, может здесь так называют перо, как прибор для письма. 

– Минуту пожалуйста, – подхватилась я сбегать в кабинет. Взяла все разом и предъявила клиенту. – Вот это?

– Да! – несказанно обрадовался тот.

Я положила все перья на стойку. Мужчина их тщательно перебрал. Выхватил из стопки одно, на мой неискушенный взгляд ничем не примечательное, нежно прижал его к груди и высыпал из кошелька деньги: две серебряных монеты и горсточку меди.

– Вы уверены? – засомневалась я.

Помнится, каталог не нашел ничего волшебного в этих перьях, так с чего бы одно из них стоило больше двух солеров!

– Разумеется, – гордо вздернул подбородок мужчина. – Только имейте в виду, это тайна.

Странный он какой-то. Причем тут тайна? Я торопливо раскрыла каталог и жестом велела положить перо на страницу.

«Перо-самописец», – обозначил каталог. - «Кол», 2,5 солера.

***

Ничего себе, вот это я проглядела! Надо будет проверить всю кучку и рассортировать. Чтобы случайно не продать самописец по цене обычного пера.

– Все в порядке, можете забирать. А что за тайна? – не сдержала я любопытства.

– Я писарь, – вновь натягивая шляпу чуть не на нос, прошептал он, будто это все объясняло.

– И? – подалась я навстречу, тоже невольно перейдя на шепот.

– Разве вы не знаете? Нам запрещено использовать в работе магические артефакты. А у меня почерк с детства ужасный, без самописца никак. Но если узнают – уволят. Не выдавайте мою тайну. Если вдруг спросят – меня здесь не было.

Я про себя подумала: «Кто может спросить? Вряд ли писцами интересуются спецслужбы». Вслух же пообещала:

– Я могила.

И сделала я жест, будто закрываю рот на замок.

Клиент благодарно кивнул, добавил сверху еще один солер и, не слушая возражений, ушел. А я вспомнила, что так и не обошла лавку в поисках бабули.

Пока кто-нибудь еще не заглянул на огонек, поспешила с обходом. Предчувствие меня не обмануло – Терезы нигде не было.

Куда же она подевалась? Последним помещением осталась кухня, и я с расстройства решила наконец-то поужинать и выпить чаю. А заодно выяснить, что за зелья скрываются в оставшихся бутылках.

Дракошки с дверок буфета жалобно блестели глазками, и мне подумалось, что их давненько не выпускали на волю. Пока еще не ночь, можно дать им прогуляться.

– Двое из ларца, то есть, с буфета, выходите, – разрешила я.

Две смазанные тени мелькнули перед глазами, и возбужденно начали нарезать круги вокруг меня, выкрикивая на лету:

– Наташа, мы все видели!

Глава 13.2

– Мы все знаем.

– Все-все.

– Тетушка Тереза! Ее забрали.

– Унесли!

– Дом плачет.

– Стонет

– Рыдает.

– Говорит, ты никчема.

– Верни дому хранителя!

– Тихо!

Я притопнула ногой, указала пальцем на стол. Дождалась, когда две крылатые тушки усядутся, и сказала уже чуть спокойнее:

– Хватит трещать без умолку! Говорите толком, куда делась бабуля? Кто ее забрал? И как это возможно?

– Ты ее продала!

– Вместе со шкатулкой.

– Она рассматривала те вещицы, которые ты для продажи отобрала. И - фьюить! - ее затянуло внутрь.

– А ты забрала.

– Отдала.

– Продала.

– Горе горькое, бедные мы, сиротинушки несчастные, - завыли на два голоса дракошки.

– Стоп. Как это я отдала? Что вы мелете?

Я говорила, но уже понимала, что они не сочиняют. Бабули нет в лавке, поэтому я ее и не вижу со вчерашнего дня. И дом себя так странно ведет тоже по этой самой причине.

Что же я наделала? Как теперь ее вернуть?

Александр! Я ему продала ту вещицу. Где его визитка, срочно надо... ах, нет, не могу же я на ночь глядя в незнакомом городе куда-то бежать. К тому же, к мужчине, и маркизу вдобавок. Да и карты, как назло, у меня уже нет.

А ведь он обещался прийти сегодня, продолжить занятия, но так и не пришел.