Как у многих аристократов срединных земель, название рода заканчивалось на гласную. Причем Беранже я вообще не помнила, а это значит, они из Младших родов, которые исчислялись сотнями, и я, по своей лени, их даже не пыталась запомнить.

- … Первыми представлю сидящих по правую руку от меня княжичей Габардилов – Филипа и Когана….

Уже знакомые мне братья, с одним из которых я «весело» провела утро, едва заметно кивнули сестрам, а меня одарили взглядами, полными неприязни.

- … Виконт Вильям Нефа и лэр Рифах Зейграш-Каорский…

Виконтом оказался полный молодой человек с румянцем на обе щеки. Услышав свое имя, он приподнялся, и с его одежды попадали крошки. Сидящий рядом с ним южанин - смуглый красавец, едва заметно отстранился, спасая свои шелковые одежды. Приветствовать нас он даже не пытался, зато рассматривал сестер с интересом.

Последним представили виконта Озра дас Когош. Как и Нефа, он учтиво привстал. Поймав мой взгляд, адресно раскланялся, открыл рот, чтобы что-то сказать … но не стал. Через широкий стол можно было только перестреливаться глазами, но никак не тихо переговариваться.

Пока мы с ним переглядывались, я чуть не пропустила как зовут двух девушек, сидящих с нашей стороны стола. За сестрами их почти не было видно. Краем глаза увидеть получилось лишь высокую брюнетку из западного клана, с холодными резкими чертами лица и не менее ледяным, острым именем – Ганна аз Сог.

- Теперь, когда мы познакомились, - бодро продолжил граф Беранже, погладив привычным жестом живот, - можно продолжить завтрак. Так как вам наша охота, лэр Рифах?

Южанин развернуто и довольно разумно принялся объяснять, что способы поимки дичи и даже она сама сильно отличаются в разных землях. Он начал рассказывать о погонях за пустынными гепардами, а я - наконец, расслабилась, как говорившего неожиданно прервали.

- Прошу прощения за внезапный вопрос, - развернулся старший Габардил, звонко стукнув серебряной вилочкой. – Но только вы, уважаемый, знаете ответ. Почему ваши леди закрывают лица? Даже некоторые северянки глупо подражают югу. Неужто прячут какой-то недостаток или тайну? О, я без доли иронии, мой друг! Мне искренне любопытно.

Я посмотрела на церемониймейстера, но тот молча наблюдал, не пытаясь вмешаться. Похоже, здесь поощряют внутренние пикировки и выяснения отношений между наследниками.

На моих коленях вдруг дрогнул дневник. Пришлось схватить салфетку и, делая вид, что накрываю колени, угрожающе сжать переплет.

- Да молчу я! Чего впустую тискаешь? – вдруг прошипел в моей голове едва слышный женский голос. – А была б моя воля, поймала бы и на кол его, козла! Цепляться к нам посмел!

Меня выручило то, что я сейчас контролировала свои эмоции. Только из-за этого я не свалилась со стула и не закричала от внезапного шока.

В это время Зейграш-Каорский ровно отвечал княжичу.

- Джунгарские женщины, соблюдая традиции, закрываются, чтобы не провоцировать чужих мужчин на пустые желания. А почему надевают вуаль северянки… кхм… возможно – родственные связи или другие причины, о которых лучше при случае спросить у них самих, - он мягко поклонился нервно молчащим Мириам с Анифой. – Но наблюдая рядом пример неоспоримой семейной красоты, - он бросил на меня быстрый, неожиданно жадный взгляд, тут же прикрыв глаза длинными пушистыми ресницами и с усилием их отводя, - мы можем исключить некоторые ваши предположения как ошибочные.

В ушах снова зашумело.

- Присмотрись к темненькому, - мечтательно прошипела дамочка из дневника, которую, похоже, слышала только я. – Он будет прекрасно смотреться на белом шелковом белье.

- Вы правы, лэр, надо общаться, узнавать поближе, - громко сказал Филип Габардил, глядя мне в глаза. –  Кстати, что это вы читаете, лэра Хельвин? Мне показалось или вы принесли с собой книгу?

Я в это время пыталась незаметно засунуть дневник под себя и застыла, словно пес, застигнутый за закапыванием сладкой косточки под ковер.

- Да, - подхватил его братец, - поделитесь с нами. Мы настаиваем, не томите, удовлетворите наш интерес.

Теперь на меня смотрели почти все, даже румяный Нефа. Он отстранился от своей тарелки и с любопытством хлопал круглыми небольшими глазками. Мало того, появившийся за моей спиной слуга, вместо наполнения тарелки, тоже ждал что я отвечу. Видимо, заметил мои усилия по подавлению книги.

- Не вижу причин, княжич, почему я должна потакать вашему неприличному любопытству, - сказала я, взглядом указав слуге на блюдо с творогом. А сама пыталась прижать посильнее дневник.

- То есть вы мне отказываете в такой малости? – повысил голос Филип.

- Как и вы мне - в возможности спокойно позавтракать, - ответила я так сладко, что у самой едва зубы не склеило. Отец говорил, что моя привычка отказывать нежным, ласковым голосом – самая гадкая черта на свете.

Озра хмыкнул. А старший княжич порозовел скулами и снова не выдержал.