Сердце ушло в пятки. Он, не отрываясь, рассматривал скрывающее заклинание. Затем взмахнул рукой, и сгустки огня упали на голубоватую рябь. На мгновение все заволокло паром, а затем комната предстала перед учителем такой, какая есть: с деревом, проросшим через письменный стол, рубиновыми ветвями над кроватью и скомканной пижамой на ней. Я поспешно сунула кровнику под нос отчет, но тот отмахнулся. Бумага вспыхнула и в считанные мгновения превратилась в пепел.

– Это же был отчет по практике, и вы его не читали! – возмутилась я.

Но в тот же миг пальцы Ару сомкнулись на моем плече. Он прижал меня к стене и яростно прошептал, указывая на дерево:

– Что это такое?

– Дерево хай, – пробормотала я, пряча глаза. 

Но он взял меня за подбородок и заставил поднять взгляд. 

– Это я вижу. Откуда оно здесь?

– Не знаю, – беспомощно пробормотала я. – Проросло, пока мы были в имении Уошберн… Наверное, семя как-то попало в мою комнату, закатилось под половицу, и…

– Закатилось под половицу? – саркастично переспросил он. – Это редчайшее растение в этих краях. Да ты хоть знаешь, что тебе грозит за его хранение? Я уже не говорю про выращивание.

Я попыталась мотнуть головой, но магистр крепко держал мой подбородок, и пришлось процедить:

– Нет. 

Какое-то время Ару смотрел мне в глаза, а затем спросил уже серьезнее:

– Ты осведомлена о Дополнении к таможенным правилам Центральных Земель, пункт восьмь-два?

– Нет, – призналась я. 

Учитель, наконец, выпустил меня, но продолжил стоять рядом. Слишком близко. Затем он будничным тоном произнес:

– Будешь ходить на лекции по специальному законодательству с третьим курсом. Начиная со следующей среды и далее, до его окончания. Экзамен тоже будешь сдавать с ними. Ясно?

– Ясно, – покладисто сказала я, не зная, чего еще ждать от кровника.

Ару развернулся и начал разглядывать дерево. Затем он покачал головой.

– Нельзя, чтобы кто-то нашел его здесь. Нужно погрузить его в стазисную форму.

Я припомнила слова парней и развела руками:

– У меня не хватит магии. 

Он задумчиво кивнул и шагнул к дереву. Положил ладони на граненый рубиновый ствол и бросил мне:

– Тогда терпи.

Предупреждение было обоснованным. Дерево охватил огонь. Очень яркий. Для такой маленькой комнаты это было запредельное количество силы. Водное ядро дрожало от ужаса. Я вжалась в стену и прикрыла глаза. Алый ствол дерева какое-то время трещал, затем стремительно начал съеживаться. Когда огонь погас, и я с облегчением выдохнула, учитель снова подошел ко мне.

На его ладони лежала прямоугольная рубиновая подушечка. Ару передал ее мне и велел:

– Спрячь. И постарайся избавиться от этого. Только сначала ознакомься с законодательством, касающимся магических трав и деревьев.

Я кивнула и сунула то, во что превратилось дерево, в шкаф и повернулась к учителю. Комнату едва освещали рассветные лучи.

Что же ему нужно?

Ару словно прочитал мои мысли и протянул мне кобуру с пистолетом, от которой расходились в сторону увешанные артефактами ремни.

– Надевай. 

– Вы же сказали, что сегодня выходной! – возразила я. 

– Выходной отменяется, – ответил Ару. – Отчет по практике тоже. Твои бултыхания в пруду Уошбернов напомнили мне, что неподалеку от Эйенкаджа тоже есть проблема, котороую, возможно, удастся решить с помощью водной магии. 

В его голосе не было ни злости, ни насмешки, и я неохотно приняла из его рук снаряжение. Ару помог правильно расположить ремни с артефактами и затянул эту сбрую на мне несколькими точными движениями. От его прикосновений бежали мурашки. Я поспешно набросила куртку и вышла следом за учителем. Оставлять охранные заклинания я не решилась. Кто знает, на что способно это запечатанное дерево?

За воротами нас ждал Руперт. В руках он держал поводья трех лошадей. Блондин весело и беспечно приветствовал меня. А затем посмотрел на своего товарища и укоризненно сказал:

– Ни дня покоя бедной девушке не даешь.

– День покоя у нее был, – равнодушно ответил Ару.

– А вы обещали два, – вставила я.

Кровник в ответ подвел ко мне пегую кобылу и приказал:

– Садись в седло.

Руперту достался гнедой жеребец, а моему учителю соловый. Кони неспешно потрусили по еще спящему городу. Только рабочие кварталы уже были на ногах.

На этот раз мы быстро оказались в незнакомых мне районах, и я вертела головой по сторонам, изучая местность. Руперт отчаянно зевал и клевал носом, его гнедой шел бок о бок с моей кобылой. Ару ехал впереди, и я исподтишка разглядывала его идеально прямую спину. 

До места мы добрались только к обеду. Несколько часов уезжали все дальше от жилья и углублялись в лес. Наконец, узкая, но наезженная тропка вывела нас к небольшой лесной заставе. Длинный одноэтажный дом и конюшня, обнесенные забором, встретили нас тишиной. Ару остановил своего жеребца у ворот и обозрел окрестности. Он первым спешился, и я последовала его примеру.

Вскоре появился заспанный конюх. Подобострастно кланяясь учителю, тот повел наших лошадей прочь.

– Мы здесь задержимся? – обеспокоенно спросила я.