– Сомневаюсь, что красиво, – парировал магистр. – И уж точно не быстро. Лиор любит смотреть на мучения юных девушек. 

От воспоминаний о главе рода Шендан меня передернуло. Ару хмыкнул и равнодушно произнес:

– Вижу, знакомство с ним произвело на тебя неизгладимое впечатление. 

Я покосилась на него и покачала головой.

– Таких врагов не забывают. 

Неожиданно учитель согласился:

– Верно. И за спиной не оставляют. Вот только еще не родился тот, кому удастся избавиться от Лиора. 

– Давно знаете его? – спросила я, стараясь скрыть свое любопытство. 

– Отец знает. –  пожал плечами Ару. – Я был слишком мал, когда мы встречались.

– А сейчас вам сколько?

Он покосился на меня и отрезал: 

– Это не твое дело, Суру.

На этом разговор пришлось прервать: мы пришли.

Хозяйка дома принимала нас в большой гостиной. Среди окружающей роскоши я не сразу заметила сухонькую старушку в вишневом платье. Седые кудри были собраны в высокую прическу. Золота на ее волосах было навешено столько, что я удивлялась, как у нее хватает сил держать голову прямо. Женщина подслеповато щурилась, тонкие сухие руки лежали на подлокотниках кресла. 

Мой учитель отвесил ей подобающий поклон, и я последовала его примеру. Затем Ару выпрямился и бесстрастно произнес:

– Рад видеть вас в добром здравии, госпожа Уошберн. Позвольте представить вам практикантку, закрепленную за мной Эйехоном. Ариенай Суру.

Мое имя он проговорил с нескрываемым отвращением.

Вдова внезапно захихикала:

– Рой, противный мальчик! Как давно ты не навещал меня. И как странно видеть тебя в компании девушки с такими волосами… 

Старуха повернулась ко мне. 

– Это недоразумение, – процедил Ару. – Она не доставит хлопот.

– Главное, чтобы она умела сражаться, – прокудахтала вдова. – Какая часть круга пройдена тобой, водная девочка?

– Половина, госпожа Уошберн, – ответила я. 

– Неплохо, неплохо… Надеюсь, ты не надеешься прикопать ее в моем саду, Рой? Такие волосы не украсят эту землю.

– Разве что утопить в вашем пруду. – Он бросил на меня ненавидящий взгляд. – Тот ей, кажется, понравился.

Старуха рассмеялась:

– Водницу утопить? Смотри, как бы она тебя не утопила, Рой. 

После этого она снова повернулась ко мне и сурово произнесла:

– Это дом огненных, девочка из Суру. Так что будь осторожна. Твой отец был хорош, уничтожая Ару. Но не думай, что тебе удастся провернуть здесь нечто подобное. 

Я едва не рассмеялась в ответ. Она и правда считает, что я приехала на практику в Эйейхон, чтобы убить кровного врага? Да я о существовании конкретно этого Ару вообще не подозревала! Что возвращало меня к вопросу о том, почему такой талант скрывают…

Учитель холодно ответил:

– Не беспокойтесь, леди. Ей я не по зубам. И мы связаны договором о практике.

– Это ты им связан, – фыркнула старуха. – А ей уничтожить еще одного Ару ничего не помешает. Время позднее, слуги проводят вас в комнаты. Надеюсь, ночью ни одна из тварей не появится. Ты же собираешься с утра запустить полную проверку территории, Рой? Заклинанием большого огненного купола?

На несколько мгновений мой кровник потерял дар речи. Наверняка он не собирался использовать такое сложное заклинание, но… отказывать вдове Уошберн?

Ару кивнул, и старуха одарила его любезной улыбкой:

– Отдохни как следует, Рой… Я прикажу подать вам ужин в комнаты.

Пока слуги провожали нас в гостевое крыло, я старательно обдумывала все, что услышала. Похоже, старуха и правда не в своем уме, раз считает, что я могу попытаться убить кровника.

Нам выделили соседние комнаты. Когда слуги ушли, Ару внезапно усмехнулся:

– Жаль, что некоторые представители аристократии Эйенкаджа не видели сейчас твое лицо. Они сразу поверили бы, что ты прибыла сюда случайно. 

Я недоуменно посмотрела на него. Смысл слов кровника дошел до меня не сразу.

– Кто-то и правда думает, что я здесь для того, чтобы убить вас? – изумилась я.

Он с презрением сказал:

– Бредовое предположение, согласен. У тебя для этого не хватит ни сил, ни ума.

– Да я о вашем существовании и не подозревала до поступления сюда, – фыркнула я. А затем продолжила: – Интересно только почему? Неужели такой, как вы, гордость рода…

– Не гордость, – отрезал он и скрылся за дверью. 

Я пожала плечами и вошла в свою комнату. Но зажечь прикосновением магическую лампу при входе не успела: в комнате я была не одна.

На подоконнике сидел сияющий голубой тритон размером с кошку. Черные бусинки глаз неотрывно смотрели на меня. В зубах он держал свернутый лист лотоса. Я медленно отняла руку от лампы. Эти существа не любили ни свет, ни огонь. Они сами были огнем и светом на дне пруда.