Идею поменять наряд, выбрав что-то из гардероба матери, я отмела сразу. Леди Малива своеволия не допустит. Раз уж она приготовила платье, то идти мне на бал в нем.

  — Что же делать? — пробормотала я и подняла взгляд на Картину.

   Фантом мамы… Общаться с ним уже вошло в привычку. Я словно говорила с частичкой мамы, как минимум с ее магией. Вот и сейчас на Картине в виде изображения была подсказка – ножницы крупным планом.

  — Предлагаешь перешить? — уточнила я. — А что, это неплохая идея. В интернате нас обучали разным профессиям, чтобы мы потом нашли работу. В том числе швейному делу. Кое-что я умею.

   Остался сущий пустяк – придумать, как переделать платье так, чтобы это не сильно сказалось на его фасоне, и в то же время выглядело красиво на балу.

  Я покрутила платье в руках. Как же с тобой быть? Казалось бы, спасти этот наряд невозможно. Разве что…

  — Как тебе идея открытой спины? — спросила я у Картины. — В Эйтилии такое не считается неподобающим?

   Картина пошла рябью и выдала новое изображение – я в бабушкином платье стою в пол оборота, передняя часть наряда наглухо закрыта, а спина, наоборот, открыта чуть ли не до копчика. От такого контраста даже у меня захватило дух – спереди прилежная выпускница института благородных девиц, а со спины – дрянная девчонка.

   Я восприняла ответ Картины, как подтверждение – наряд не нарушает этикет Эйтилии. Чтобы я окончательно успокоилась, Картина показала мне несколько модных фасонов. Не все из них были такими скучными, как мое платье. Встречались и глубокие декольте, и разрезы на юбках. То есть местные девушки не обязаны одеваться в паранджу. Мое платье – исключительно инициатива леди Маливы.

   Остаток вечера я шила. Даже на ужин не пошла. Благо иголка с ниткой и ножницы нашлись в ящике комода, а больше мне ничего не надо.

    К часу ночи платье было готово, и я спрятала его в гардероб, чтобы леди Малива не нашла раньше времени. Ей лучше не знать о преобразовании наряда. Накину сверху плащ, и будет сюрприз уже на балу. Надеюсь, леди Мымру хватит Кондратий. Только ради шока на ее лице стоило просидеть полночи над платьем и исколоть пальцы иглой.

Глава 7. О том, как все готовились к балу

    Приемный день у короля – та еще морока. Раз в сорокоднев его величество отвечает на прошения подданных. Все королевские маги обязаны присутствовать и помогать. В том числе главный тьмаг.

   Пока король принимал бесконечную вереницу посетителей,  Дарк, покачиваясь на задних ножках стула, отсутствующим взглядом смотрел в окно. Большая часть прошений была настолько банальна, что не стоила и взмаха мизинца тьмага.

    Помимо Дарка в зале было по одному магу от каждого направления. Все они состояли на королевской службе и являлись самыми сильными в своей магии. Пустовал лишь стул светлого мага. Давно не рождалось никого с чистым даром света. Свет еще более привередлив, чем тьма.

  Дверь зала распахнулась, и вошел очередной проситель.

  — Глава рода Эскью, достопочтимый лорд Верджин, маг земли, — представил лакей.

  Подойдя к столу, во главе которого сидел король, а по сторонам от него – маги, лорд Верджин озвучил свою просьбу:

  — Мой старший сын Роббер, наследник рода, маг земли, желает вступить в брак с леди Виолой, магиссой воздуха. Прежде чем дать согласие на этот брак, я хочу убедиться, что их магии совместимы.

  Его величество испустил страдальческий вздох. Просьба пустяковая, с ней можно обратиться к любому магу, но лорд Верджин посчитал возможным потревожить короля ради такой мелочи.

  — Посмотришь, Дарклион? — повернулся к нему король.

  — Избавьте меня, ваше величество, от этой обязанности, — поморщился Дарк. — Я тьмаг, а не сводник.

  Проверка магии на совместимость – настолько элементарная вещь, что вызывать ради нее тьму – унижение и для тьмага, и для самой тьмы.

  — Тогда ты, Седрик, — обратился король к старому магу фауны.  

   Лорд Верджин протянул две сферы со слепком магической ауры невесты и жениха. Сердик взял по одной в каждую руку, лопнул сферы, выпуская магию, и соединил ладони. Слепки магий перемешались и слились в единое целое быстро и легко.

  — Магии совместимы, — заключил Седрик. — Разве что…

  Он умолк, и лорд Верджин попросил:

  — Продолжайте, я должен знать все.

  — Я вижу, что магия леди Виолы сильнее. Она преобладает в слиянии, — закончил мысль старый Седрик. — А это означает, что с наибольшей долей вероятности ваш сын не обретет дракона в этом союзе. Дракон достанется леди Виоле.  

   В зале повисла гнетущая тишина. Маги испокон веков выбирали себе пару так, чтобы дракон достался именно мужчине. Изредка женщина все же одерживала верх, но это скорее исключение из правил. Какой мужчина в здравом уме согласится расстаться с фантомом и быть на вторых ролях в браке?

   — Я это подозревал, — опустил голову лорд Верджин.