В помещении запахло свежестью. Магические свечи не потухли от лёгкого летнего ветерка, который ворвался в гостиницу. Мне не пришлось переходить на ночное зрение.

Дыра в стене никого не смутила, на меня продолжалась охота. Я умело отстреливалась от своих противников, вдруг со спины кто-то запрыгнул на меня и повалил на пол. Перекувыркнувшись, я снова оказалась на лопатках, под Кремнем.

Кто-то очень умный накинул на нас магическую сеть, и мы оказались тесно прижатыми друг ко другу.

Артефакты разрядились, сеть не давала двигаться.

— Попалась! — воскликнул Кремень.

— Что здесь происходит?! Где моя дочь?!

Услышав этот голос, я ужаснулась. И не зря.

Комнату наполнил туман. Когда он рассеялся, все, кто в ней был, застыли на своих местах.

Полчаса теперь никто не сможет сдвинуться с места. Я прекрасно знала, чьё это изобретение и не раз с братьями испытывала его действие на себе.

Окинув помещение глазами, всё, чем я могла пошевелить, и оценив масштаб катастрофы, я поняла, что буду жестоко наказана отцом.

Мебель вокруг поломана, мужчины застыли в неуклюжих позах, пытаясь накостылять друг другу. По полу валяются остатки пищи и посуды. Первая магическая сеть всё также полыхала в центре столовой.

И вишенка на торте — я, лежащая на полу, под бравым воином.

Ситуация — лучше не придумаешь.

Никакая конференция по артефакторике мне теперь не светит. А счастье было близко. Мы почти приехали в столицу. Осталось буквально пара дней пути.

— Кто будет за всё платить? — спросил, по всей видимости, хозяин.

— Тот, кто первый начал, тот и будет платить, — раздражённо ответил отец. — Где моя дочь?

— В это время молодые веди обычно спят.

— Но её нет в комнате, — возмутился папочка.

Конечно, меня нет в комнате. Я пошла купить часы, чтобы починить охладитель. А эти неотёсанные мужланы мне все испортили!

Я услышала шаги, папочка приближался к нам. А может, всё обойдётся? Может, он меня не заметит? Тут краем глаза я заметила, как возле моего носа остановилась пара ботинок.

— А это кто такой? — спросил отец наклоняясь. — Иза?!

Мне каюк!

2 глава

Меня заперли в комнате с тётей Мальвой, которая заменила мне мать и прекрасно знала мой боевой характер. Я глубоко её уважала. Тётушка умела поставить на место не только лакея или завравшегося трактирщика, но даже меня.

Сначала она читала лекции о том, как ведут себя воспитанные молодые веди, а потом разрешила поспать. Отец в это время разбирался с тем, что натворили эти бесцеремонные вояки, которые, естественно, не признались, что сами начали этот бедлам, а всё свалили на меня.

Мои большие глаза, которые я старательно строила отцу, пущенная по щеке одинокая слезинка и жалобный, дрожащий голосок:

— Папа, они меня обижали.

Не помогли. Завтра мы должны ехать домой. Сначала эту новость я прочитала во взгляде папочки, а потом он и сам мне её сказал. Эх, полгода я была пай-девочкой. Ни одно дерево не свалила, ни один дом не спалила. Ни один сарай не пострадал от моих испытаний, и вот. Крах всему. Я не попадаю на конференцию, о которой так долго мечтала.

Мне не спалось. Я ворочалась с боку на бок, потом встала и подошла к столу, где ещё был разложен охладитель, который я так и не починила. Ещё раз перерыла саквояж в поисках маленького колёсика, которое нужно было поставить, чтобы энергия равномерно распределялась по артефакту.

Вытащив из него всё, я подняла его над столом, я потрясла, перевернув вверх тормашками. На стол что-то упало и покатилось. Отбросив пустой саквояж в сторону, я схватила деталь, пока она не упала со стола. Поднесла её к глазам. Колёсико. Нашлось!

Где ж ты было всё это время? Столько неприятностей из-за одной детальки!

С горя я починила охладитель. Летом в жару ехать в душной карете не очень приятно. Тем более, поедем мы домой обратно, пусть будет хотя бы какой-нибудь комфорт. А потом спокойно уснула с чувством выполненного долга.

Конечно, утро не обошлось без нотаций отца. Сразу, как только я завершила утренний туалет, он постучал ко мне в номер и зашёл с мрачным лицом. Решив спасти ситуацию, я похвасталась:

— Папа, я охладитель починила. — В надежде, что он сразу переключится на другую тему. Не сработало.

— Сядь. Нам поговорить надо.

Я села на стул, который стоял возле стола, где я провозилась всю ночь, чиня причину моих бед.

— Что мы будем с тобой делать?

— Папа, я ни в чём не виновата…

— Изабель, — устало перебил меня отец. — Когда ты повзрослеешь?

— Я уже достаточно взрослая, вон и замуж могу выйти, — обиженно сказала я, складывая руки на груди.

А вообще, очень странно было то, что отец не орал на меня, не бегал по комнате за мной с ремнём, а просто сидел и говорил. Он, конечно, у меня очень добрый и никогда бы не ударил, но так, чтобы попугать — мог и пригрозить физической расправой.

— Замуж. За кого?

— Я хотела за виконта Холми, но не получилось.