— Дрэго отправится до второго сектора, а там уже шлюпкой пересядет на гражданский лайнер до Ларка, — пробормотал командор Грешх-ан, перебирая электронную бумагу на столе. — Не волнуйтесь, шаттл полетит напрямую до Миттарии, лишних остановок не будет.

— Нет, я не о том, — качнула головой. — Почему Грегори летит вместе с нами? Разве ему не надо?.. — Я эмоционально взмахнула руками, пытаясь объяснить всё, а затем плюнула и сказала просто: — Заменять Келлана и выходить на дежурства? С какой стати он летит с нами?

Галактион замер. Поднял голову и не мигая посмотрел на меня в упор.

— Вивьен, а почему он не должен лететь с вами? Он тоже может захотеть взять короткий отпуск. Во-первых, Космофлот не рабство, а во-вторых, с учётом того, что ты будешь искать родню, тебе может понадобиться совет или помощь. И неизвестно, сможет ли после операции Велвел сразу ходить самостоятельно. Ты имеешь что-то против Грегори?

Я почувствовала, как щёки заливает румянец. За все годы Галактион ни разу не задал мне вопрос, почему наутро перед Игрой от меня пахло двумя мужчинами и один из запахов принадлежал его старшему племяннику. Командор также проявлял деликатность по отношению к личной жизни Хранителей и даже кадетов и никогда не обнаруживал склонностей к сводничеству. Но то, что происходило сейчас…

— Вас попросил об этом Грегори. Вы продумали всё заранее.

Командор пожал плечами, делая вид, что не понимает, о чём я говорю.

— Смею напомнить, что у меня есть молодой человек, — произнесла с напором, — Амори Элл.

— А я вроде бы и не прошу тебя ни о чём, что может негативно сказаться на твоей репутации, — заметил этот… хитрец, вступивший в сговор с племянником. — На шаттле у тебя будет отдельная каюта, а что касается проживания на Миттарии, то тут вы с Грегори уже сами вольны принимать решение, как расселяться.

Ядерной торпедой я вылетела из кабинета Галактиона, костеря семейку Грешх-ан направо и налево.

Глава 3. Выходи за меня

На стене каюты висел головизор, и белобрысая пиксиянка что-то радостно вещала, активно жестикулируя пятью руками, а шестой поддерживая микрофон. Тихо шуршала вентиляция, за стеклопластиком иллюминатора проносились яркие кометы, а я нервно ходила из угла в угол, вращая на безымянном пальце ненавистное кольцо.

— Шварх, шварх, шварх! Вивьен, ну зачем ты это сделала? — спросила себя в тысячный раз и с громким стоном рухнула на мягкий бескаркасный пуф.

Такая мебель считалась самой безопасной для небольших шаттлов, которые, в отличие от громоздких крейсеров, не снабжались запасными гравитарами. Набивка кресла-мешка зашуршала, расползаясь в стороны под моим весом, и я фактически осела на пол.

— Разговариваешь сама с собой? — Грегори беспардонно привалился к косяку входной двери, сложив могучие руки на груди, и с лёгкой усмешкой наблюдал за моими метаниями. Обтягивающие джинсы, футболка с коротким рукавом, который, кажется, вот-вот лопнет от объема бицепсов, наглый взгляд яблочных радужек с пульсирующими вертикальными зрачками. — Я могу войти?

Раздражённо мотнула головой, что можно было трактовать и как «да, заходи, конечно», и как «проваливай отсюда». Разумеется, самоуверенный ларк прошёл внутрь и опустился на то же бескаркасное кресло, но уже с другой стороны. Наполнитель переместился, приподнимая меня наверх. Правда, ненамного.

— Зачем же ты согласилась на предложение Амори, если не хотела этого? — спокойно уточнил красавец.

Я поморщилась, пытаясь вычеркнуть из головы тот миг, когда вчера вечером миттар опустился на колени и коснулся лбом пола. Эту странную самоуничижительную позу эмбриона я видела всего пару раз в жизни. Майк сказал, что у нашей расы так просят прощения за непоправимые ошибки, провожают в дикие воды умерших и… делают предложение руки и сердца. Уже тогда моё сердце подпрыгнуло и застряло где-то в районе горла. Я внезапно потеряла дар речи. Из лёгких вырывались только обрывистые «кхе» да «кхы», а Амори тем временем в самых красивых традициях Миттарии расписывал, что я — та жемчужина, которую он искал всю жизнь. Всё бы ничего, но в этот момент капитан Грегори Грешх-ан совершенно беспардонно, впрочем как и всегда, ввалился в мою комнату с вопросом, будут ли у меня наличные или чипы в местной валюте.

— Я… хотела отказать ему… Ты помешал, — выдавила я из себя.

Шварх, как же это жалко звучит!

— А, так ты, получается, сказала ему «да» из-за меня? Весьма польщён, — заявил этот наглец, разваливаясь на пуфе так, что теперь наши плечи уже практически касались друг друга.

— Вселенная! Грегори! — Я крутанула кольцо на пальце вновь. — Неужели не видишь? И без тебя тошно! Что, я должна была, когда мне признаются в любви и зовут замуж, прямо при постороннем сказать: «Ой, а я не хочу»?!

Ларк хохотнул.

— То есть ты действительно считаешь, что лучше выйти замуж за нелюбимого человека и мучиться всю жизнь, чем один раз обидеть правдой?