— «По приказу главы, маленькую Божественную лекаря следует отправить в западный рай», — Су Чжэ лениво взмахнул своим буддийским посохом, посылая золотое кольцо в Бай Хехуай. Однако это движение было скорее пробным, чем атакующим, и гораздо медленнее, чем прежде.

— Скорее, уклоняйся! — вскричал Су Мую, отбивая меч Му Цинъяна, и развернулся, чтобы прийти на помощь, но было уже слишком поздно.

— Ну и ну, ты и впрямь собака, — вновь обругала его Бай Хехуай, после чего неожиданно изменила направление движения ног, увернувшись от золотого кольца и сделав шаг в сторону.

— Призрачные шаги семьи Су! — воскликнул Му Бай. — Су Мую, ты и впрямь обучил постороннего человека методам семьи Су!

Су Мую был поражён. Приём, который только что использовала Бай Хехуай, чтобы уклониться от золотого кольца, был подлинным приёмом Призрачных шагов семьи Су. Но освоить эти приёмы было невероятно сложно — даже одарённым ученикам семьи Су требовалось три-четыре года, чтобы стать мастерами в этом искусстве. Исполнение Бай Хехуай было невозможно после нескольких дней практики — для этого требовались годы подготовки.

— Кто ты на самом деле? — спросил Су Чжэ, и его лицо стало серьёзным, как никогда прежде.

— Я Бай Хехуай, Божественный Лекарь из долины Короля Медицины, — ответила она с загадочной улыбкой.

— Фамилия твоей матери Вэнь? — спросил Су Чжэ.

— Да, — сказала Бай Хехуай, слегка приподняв бровь. — И что с того?

Су Чжэ замолчал, внимательно изучая лицо Бай Хехуай. После долгого молчания он медленно произнёс:

— Поначалу я ничего не заметил…

— Берегись! — крикнул Су Мую.

Бай Хехуай вздрогнула и резко обернулась, внезапно увидев перед собой семь белых фигур. Разговаривая с Су Чжэ, она совершенно забыла о членах семьи Му в павильоне и не заметила их приближения. Она попыталась сбежать Призрачными шагами, но обнаружила, что не может сдвинуться с места. Опустив взгляд, она увидела, что её ноги связаны почти невидимыми нитями.

— Убейте её, — холодно произнёс Му Бай из павильона.

Все семеро одновременно бросили в Бай Хехуай белые шёлковые ленты.

В этот миг Су Чжэ предстал перед Бай Хехуай, сжимая в руке свой посох, символ буддийской веры. Одним мощным взмахом он разрубил семь шёлковых лент, отправляя в полёт семерых нападавших.

— Ступайте прочь! — прогремел его голос.

 Му Бай стремительно вскочил на ноги и в гневе воскликнул: «Су Чжэ, что привело тебя сюда?»

Су Чжэ, не обращая внимания на его вопрос, обратился к Бай Хэхуай: «Твоя мать Вэнь? Она Вэнь Луоцзинь?»

Бай Хэхуай, на мгновение охваченная страхом перед решительностью Су Чжэ, колебалась, прежде чем ответить: «Да».

— «Тогда ты…» — Су Чжэ задумался на мгновение, а затем с грустью улыбнулся: «Я забыл, у меня так и не было возможности узнать твоё имя».

— «Мама назвала меня Хэхуай», — тихо произнесла Бай Хэхуай. — «Белые журавли летят на юг, глядя на воды Хуая».

— «Это хорошее имя. У твоей матери всегда был талант давать имена», — улыбнулся Су Чжэ.

— «Как «пёс»? — рассмеялась Бай Хэхуай.

Су Чжэ усмехнулся: «Да, как «пёс».

— «Су Чжэ!» — воскликнул Му Бай, метнув кинжал прямо в спину Су Чжэ.

— «Какое неожиданное воссоединение. Если бы только твоя мать была здесь», — сказал Су Чжэ, оборачиваясь и ловко перехватывая кинжал. Затем он слегка взмахнул запястьем, разбивая его на семь осколков, которые упали на землю.

Бай Хэхуай, поджав губы, осведомилась: «Неужто моя дочь недостаточно хороша для тебя?»

Су Чжэ, без тени лукавства, ответил: «Дочь — это прекрасно, но жена была бы лучше».

Бай Хэхуай, фыркнув, возразила: «Если жена такая замечательная, почему ты никогда не возвращался?»

Су Чжэ тихо произнёс: «Я держался подальше ради вашего же блага».

Бай Хэхуай долго молчала, прежде чем пробормотать: «Ах ты, пёс».

Су Чжэ, кивнув, согласился: «Да, в конце концов, я всё ещё всего лишь пёс».

Пока они разговаривали, все остальные стояли в недоумении, за исключением Су Мую, который с каждой секундой становился всё более ошеломлённым. Ранее, в потайном ходе, Бай Хэхуай упомянула, что Су Чжэ был её отцом, но он тогда подумал, что это была шутка. Могло ли это быть правдой?

Тем временем Му Бай тоже осознал всю серьёзность ситуации и, одновременно шокированный и разгневанный, воскликнул: «Су Чжэ, ты женился на посторонней женщине!»

Су Чжэ, приподняв бровь, спросил: «Ну и что с того, что я это сделал?»

Му Бай с усмешкой изрёк: «Ты и этот отпрыск, рождённый вне брака, нарушили устои клана, и оба заслуживаете смерти».

Су Чжэ вспыхнул гневом: «Вздор! Вся Тёмная Река обнажила клинки, дабы умертвить Патриарха, а ты смеешь рассуждать о правилах клана? Я отыскал прекрасную женщину на улице, взял её в жёны, и у нас родилась замечательная дочь. А ты толкуешь о нарушении устоев. Ты сам обнажаешь клинок, дабы умертвить Патриарха — смерть от тысячи ран была бы слишком милосердна для тебя!»