С этими словами он внезапно выхватил свой меч из персикового дерева и направил его на Му Цзежи. Тот, застигнутый врасплох, едва успел уклониться, и лезвие лишь слегка рассекло ему рукав. Му Цзежи отступил на три шага назад и воскликнул:

— Му Циньян, ты предатель!

Му Циньян рассмеялся в ответ:

— Если в твоём сердце Безымянные не являются семьёй, то мы никогда не были товарищами. Как ты можешь говорить о предательстве?

— Убейте его! — воскликнул Му Цзежи.

Остальные члены семьи Му уже было двинулись вперёд, но облако ядовитого тумана, исходившее от Му Сюэвэй, заставило их остановиться. Прижав руки к земле, она произнесла серьёзным голосом:

— Не двигайтесь.

Му Цзежи рассмеялся в гневе:

— Молодец, Му Сюэвэй! Ты действительно член моей семьи по крови, но ты…

Му Сюэвэй покачала головой:

— Нет никакого «по-настоящему». Мы все покинуты этим миром. Только доверяя друг другу, мы можем двигаться вперёд!

— Давай покончим с этим, — Су Чанхэ бросился к Му Цзежи, размахивая мечом Спящего дракона.

Му Цзежи поднял свой меч в ответ. Хотя владение мечом не было его сильной стороной, он надеялся использовать свой «Меч Спящего дракона» против меча Су Чанхэ — если бы он выиграл этот бой, то ситуация мгновенно изменилась бы.

Но этому не суждено было сбыться. Через десять ударов горизонтальный удар Су Чанхэ отсек голову «Меча Спящего дракона» Му Цзежи.

— «По-видимому, поддельный меч Шуй Гуаня был приобретён по чрезмерно низкой цене», — произнёс Су Чанхэ, извлекая свой клинок, и нанёс удар Му Цзежи в область груди, отбросив его на значительное расстояние.

Му Цзежи, охваченный гневом, отбросил сломанный меч и, широко разведя руки в стороны, приготовился к применению искусства Убийства марионетками.

— «Довольно, давайте покончим с этим поскорее», — Су Мую парировал летящий меч своим клинком и, сделав прыжок вперёд, поспешил на помощь Су Чанхэ.

В лунном свете на краю карниза, незаметный для глаз, сидел худощавый мужчина средних лет. Он курил, наслаждаясь моментом, и его речь, произнесённая с сильным акцентом, была полна воспоминаний.

— Однажды мы втроём сражались с Сектой Демонов, — произнёс он.

— Дядя Чжэ, — позвал его Су Мую.

— Секта Демонов не смогла бы противостоять нам, не говоря уже о семье Му, — с громким смехом ответил Су Чанхэ.

Бай Хехуай стояла во дворе, наблюдая за битвой снаружи, как вдруг обернулась и увидела, что дом позади неё охвачен пламенем.

— Патриарх… — прошептала она.

В этот день в Тёмной реке происходило удивительное явление: старые звёзды меркли, а на их месте вспыхивали новые. Эта революция была полной и абсолютной, но она была окроплена кровью.

Это была Кровавая ночь Тёмной Реки.

А по тихим улицам города Цзюсяо с диким криком бежала красивая женщина в пурпурных одеждах, повторяя:

— Тан Ляньюэ! Тан Ляньюэ! Тан Ляньюэ!

Акт пятый: Зерновой дождь

«Зерновой дождь — это предвестник весеннего половодья, и каждый миг в эти дни приобретает особую ценность.

В городе Цяньтан дождь превратился в мелкую, но непрекращающуюся изморось».

По улице неспешно шествовал молодой человек необыкновенной наружности, держа в руках зонт, изготовленный из промасленной бумаги. В правой руке он бережно нёс свёрток, также защищённый промасленной бумагой.

Он старался обходить прохожих, спешащих по своим делам, стараясь не допустить, чтобы капли дождя попали на его ношу. Когда мимо пронёсся экипаж, взметнув мутные брызги воды, он слегка взмахнул рукавом, чтобы стряхнуть капли с пакета.

В это время в красном павильоне, расположенном неподалёку от улицы, открылось окно. Из него выглянула женщина, держа в руке алый платок, и с очаровательной улыбкой обратилась к молодому человеку: «Молодой человек, на улице такой сильный ветер и холодный дождь, почему бы вам не зайти сюда и не отдохнуть немного?»

Молодой человек слегка приподнял свой зонт из промасленной бумаги, взглянул вверх и с улыбкой покачал головой: «Нет, благодарю вас, я должен спешить домой, иначе меня будут ругать».

Женщина на мгновение застыла, узрев лик мужчины. Когда же она услышала его учтивый, но отстранённый голос, сердце её забилось чаще, а щёки покрылись румянцем.

Перед ней стоял человек, чья красота превосходила её собственную.

Теперь её недавнее предложение казалось не столько соблазнением, сколько признанием того, что она злоупотребила своим положением.

— Сестра Мудан, отчего вы так смутились? — вопрошала другая женщина в алых одеждах, с любопытством разглядывая мужчину внизу. — Что же за юноша мог так смутить нашу сестру Мудан?

Однако мужчина уже сложил свой зонт. Хотя его шаги были неспешны, он двигался удивительно быстро и в считанные мгновения достиг конца длинной улицы.

Женщина в красном платье тихо вздохнула: «Какой прагматичный молодой человек».