И, честно говоря, это была не единственная аппетитная часть завтрака. Кейн выглядел просто восхитительно. Его рубашка была расстегнута, обнажая небольшую пыль темных, завитых на груди волос. Его черные локоны были откинуты с лица, а лицо покрывала легкая щетина. Я никогда раньше не видела его с волосами на лице. Я сдержала всепоглощающее желание сжать его челюсть в своей руке.

— У тебя борода, — сказала я, набив рот яблоком.

Он наклонил голову и примостился на кровати, положив руку мне на лоб.

Я рассмеялась и прикрыла рот рукой.

— Это не жар говорит. Просто не хватает фильтра. — Меня осенила ужасная мысль: какие унизительные вещи я могла сказать, пока болела. Словно прочитав мои мысли, губы Кейна изогнулись в озорной улыбке. Я вопросительно подняла бровь.

— О, ты даже не хочешь знать, — промурлыкал он.

— Прекрати. Ты лжешь. — Я собиралась возмутиться, но его обаяние превратило мое замечание во флирт. Черт бы его побрал.

— Ты никогда не узнаешь.

— Добавь это в список, — пробормотала я и откусила огромный кусок сладкого хлеба.

Когда он ничего не ответил, я повернулась к нему лицом, но он был погружен в раздумья.

— Я не хотел скрывать от тебя, Арвен. — Мне не нравилось, когда он называл меня по имени. Не то чтобы я полностью понимала это пернатое прозвище, но мне стало ясно, что ‘Арвен’ означает только плохие новости. — Есть некоторые знания, которые принесут тебе только больше боли.

Его слова вызвали в памяти странную силу, которая просочилась из него, когда я умирал, и погрузила меня в состояние, похожее на сон. Сильнее, чем любое лекарство, но не совсем в бессознательное состояние.

Мое дыхание стало поверхностным.

Я отползла назад на кровать, подальше от него.

— Ты…

— Значит, ты это помнишь. — Он сказал, его лицо было торжественным, покорным.

— Что это было? Ты… какой-то колдун? — Но я знала — это была не магия.

Он нахмурился.

— Возможно, если бы я рассказал тебе несколько недель назад, ты бы не умерла.

Я хотела спросить, как эти две вещи связаны между собой.

— Заканчивай есть, — сказал он через минуту. — Давай прогуляемся.

Глава 23

Сады Шэдоухолда радовали мои ослабевшие глаза. Шпалеры из ожидаемых гардений и сирени окружали черные фонтаны с плавающими цветами. Бархатисто-фиолетовые розы цвели рядом со скрученными черными лилиями вуду, а над головой висели неземные фиалки и глицинии. Цветы, которые, как я теперь знала, назывались цветком летучей мыши, драконовым арумом и паучьей орхидеей, цвели в изобилии. Это было готическое проявление красоты, но я полюбила его. Я подумала, что часть меня всегда знала, что в этом месте есть нечто большее, чем ужас.

Кейн шел рядом со мной, но я держалась на расстоянии. Я знала, что он не причинит мне вреда — он только что спас мне жизнь.

Но мне было, мягко говоря, не по себе. Смущение, страх — я чувствовала, что нахожусь на пороге чего-то, о чем не уверена, что хочу знать. Но теперь было уже слишком поздно. Та Арвен, которая предпочла бы оставаться в неведении, наивно ожидая, что все позаботятся о ней, примут за нее решения…

Мысль о такой версии себя доводила меня до тошноты.

Мы шли медленно, впитывая тишину и щебетание птиц. Быстро приняв ванну и надев чистое платье, я встретила его на вечернем воздухе.

А он так и не произнес ни слова.

— Мне нужны ответы, Кейн, — сказала я не без злобы. Но это была правда. Достаточно.

— Я знаю, — сказал он, и решимость исчезла из его глаз. — Мне просто нужно… подумать.

Отлично. Я могу быть терпеливой.

Мы молча прогуливались по саду, пока не прошли мимо тех же мрачных цветов, которые мне кое-что напомнили.

— Белые лилии. В твоей комнате.

Это был не совсем вопрос, но он все равно ответил.

— Я подумал, что они могут напоминать тебе о доме.

Мое сердце заколотилось.

— Так и есть. Спасибо.

Он заколебался.

— Надеюсь, счастливые воспоминания?

Я прокрутила его вопрос в голове.

— В основном.

Когда он ничего не ответил, я подняла глаза. Он наблюдал за мной со странной интенсивностью.

— В чем дело?

— Пока ты спала, ты просила кого-то остановиться. Я подумал, что тебе приснился зверь, который напал на тебя, но потом ты продолжила произносить имя этого человека. — Я видела, что он изо всех сил старается быть мягким, но глаза его были совсем зрачковые. — Я не переставал думать о тех шрамах, которые видел на твоей спине в купальне. Арвен, тебя кто-то обидел?

От доброты в его голосе мне стало не по себе. Я больше не хотела, чтобы меня спасали. Меня жалели.

— Нет. То есть да. Давным-давно, когда я была маленькой. Но сейчас со мной все в порядке. — Я смотрела на него, как он смотрит на меня. — Очевидно, — тупо добавила я.

Кейн выглядел так, будто мог свернуть горы.

— Кто? — Он выдавил из себя это слово.