Лицо Риза было суровым, он крепко сжимал мою руку, а в его глазах мелькал блеск. У Тени было такое же выражение, пламя в его радужках горело ровным светом. Лен и Люсьен стояли в стороне, где я их не видела, но я знала, что они все равно будут скорбеть. Галлели был наверху, там, где ему было комфортнее всего.

Эльфы начали быстрее кружиться в воде, образуя водоворот.

— Это воплощение их веры, — услышала я шепот Тени, обращенный к Мере. — У их жизни нет ни начала, ни конца, а есть круговой путь, который в какой-то момент снова вернет Алистера в нашу жизнь.

Мера, чьи взгляды по-прежнему были прочно укоренены в представлениях о оборотнях и людях, похоже, не укрепилась в этом убеждении. Она была слишком глубоко погружена в траур, чувствуя, что вернется он к нам или нет, это будет уже не тот Алистер, которого мы знали и любили.

Водоворот нарастал, когда эльфы закручивались в воде, их полупрозрачные тела и многочисленные конечности двигались с грацией, недоступной большинству существ. Вода была их миром, и они были ошеломляющи в своей красоте. Тело Алистера тоже начало закручиваться, затем его подхватило течение, и он соскользнул вниз, чтобы присоединиться к своему воинственному народу.

Его тело упокоится в саду их мертвых, и когда он исчез из нашего поля зрения, Мера громко зарыдала. Обернувшись, она уткнулась лицом в бок Тени, и он обнял ее так крепко, как только мог, поддерживая ее. Риз отпустил мою руку и обнял меня, и я удивилась, насколько мне нужна была эта поддержка. Нам обоим она была необходима.

Когда последние аккорды песни Карна затихли, мы все молча смотрели в безупречное небо, наши силы удерживали нас над водой, даже когда наш друг тонул. В конце концов Мера напомнила нам, что мы все еще должны отпраздновать в честь Алистера. Тень открыл портал, и мы молча прошли внутрь.

Небольшой трепет в животе напомнил мне, что я еще не рассказала им о наших новостях, потому что все время, прошедшее с нашего возвращения из пустыни, было посвящено Алистеру. Он заслуживал нашего полного внимания, поэтому я решила еще немного подержать это в секрете.

Когда мы вернулись в библиотеку, там уже было многолюдно; Гастер очень серьезно отнесся к просьбе Меры найти всех, кого затронуло присутствие Алистера.

Комната была полна его друзей, и, в отличие от Карна, здесь царила более непринужденная атмосфера, мы все вместе выпили в его честь.

Тень первым встал и заговорил.

— Алистер был мне братом столько лет, сколько я и не хочу вспоминать, — прорычал он, и на его губах читалась печаль, пока Мера смотрела на него, слезы текли по ее щекам. — Его храбрость была общеизвестна, но именно его беззаботность, его юмор много раз вытаскивали меня из тьмы.

В этих словах было много правды, и по мере того, как другие вступали в разговор, мы узнавали все больше историй о юности Алистера и его любви к розыгрышам. В конце концов, его друзья и знакомые покинули библиотеку, и остались только наша группа и несколько гоблинов, убирающих беспорядок. Тень вмешался, чтобы помочь им своей энергией, и, поскольку библиотека подчинилась его приказу, порядок был восстановлен в мгновение ока.

Именно в этот момент начиналось настоящее осознание потери. После прощания и поминок пришло время двигаться дальше. Без него.

— Тебе нужно поесть и отдохнуть, — сказал Риз, когда застал меня стоящей перед полками Карна, рассматривающей многочисленные прочитанные мною тексты и тома и сожалеющей, что я не сделала больше для того, чтобы наладить контакт с Алистером.

— Столько загадок, — сказала я, почти не обращая на него внимания. — Я едва коснулась вод Карна. Теперь, когда Алистера нет, я чувствую, что должна была проявить больше внимания.

— Не делай этого с собой, — сказал Риз, прижимая меня к себе. — Это моя вина, что тебя не было в нашем мире все эти годы. Это я должен загладить свою вину, и когда придёт время, я покажу тебе секреты Карна, которым научился у своего брата. Под поверхностью скрывается так много всего.

— Виноваты мы оба, — напомнила я ему. — И мне бы очень этого хотелось.

Затем к нам присоединились остальные, и Мера выглядела совершенно измученной, потирая покрасневшие и опухшие глаза. Тот факт, что она не выздоравливала так быстро, указывал на то, что она не только практически непрерывно плакала сегодня, но и что её ребёнок готовился появиться на свет. Это всегда очень истощает энергию вечного.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила я, отходя от Риза, чтобы обнять её. — Родовые схватки усиливаются?

Она кивнула, откашлявшись.

— Ах да. Сейчас суматоха, но я чувствую, что наш малыш еще не совсем готов. Он готовится к эффектному и торжественному появлению.

Раздалось несколько смешков, и было приятно почувствовать, как возвращается хоть какая-то нормальность. Даже Мера слегка оживилась, беззвучно произнеся:

— Драматичному, как его отец. — Тень, конечно же, это заметил, подхватил её на руки и потащил в столовую, потребовав, чтобы она поела.