– Зато эффективно, – отозвался Стефан, весь разговор задумчиво крутящий в руках кинжал. – Ему давно пора уже перестать ковыряться пальцем в своей душевной ране. Так она никогда не зарастет.

Мы с Микаэлем молча кивнули, соглашаясь со Стефаном.

Но глухое раздражение от выходки Эгилла все еще бурлило во мне, и я тоже направился на выход.

– Ты куда? – крикнул мне в спину Микаэль. – Не вздумай сейчас его дергать, пусть остынет.

– Прогуляться, – кинул я не оборачиваясь.

Мне тоже не помешает проветрить голову и вытряхнуть из нее лишние мысли об одной зеленоглазой блондинке.

38

Алексия

– Нам сюда! – бодро скомандовала Эмма, указав на строгую дверь на одной из центральных столичных улиц.

Над дверью от ветра мерно раскачивалась вывеска – вырезанная из дерева катушка с воткнутой иголкой и ножницы.

– Швея? – удивилась я. – Ну нет!

– Как это нет? – возмутилась Эмма. – Очень даже да! Только сшитая на заказ одежда сможет выгодно подчеркнуть все твои достоинства и спрятать недостатки. К сожалению, в твоем случае недостаток – это абсолютная незаинтересованность в удачном браке, и одеждой это не спрячешь… но мы постараемся!

Подруга попыталась меня потащить волоком, но тут силы были неравны. Я уперлась в лучших традициях парнокопытных, и сдвинуть меня с места было невозможно.

– Лекси, ну чего ты упрямишься?! Для тебя ж стараюсь! – в голосе Эммы звучало отчаяние.

– Эмма, одежда мне нужна завтра, – спокойно произнесла я. – Завтра на тренировку.

Подруга перестала пытаться сдвинуть меня с места и растерянно заморгала. Кажется, ей в голову не приходила светлая мысль о том, что то, что швея шьет неделю, можно приобрести за пару часов.

Особенно если это что-то не должно быть исключительного качества или уникального стиля.

– Ладно, тренировка завтра – это аргумент, – нехотя согласилась Эмма. – И мы с тобой приобретем парочку готовых комплектов вещей. Но сшить все равно надо!

– Зачем? – застонала я.

– Ты же будешь выступать? – прищурилась подруга. – На турнире?

– На одном соревновании, – поправила я. – Дружеском.

– Вот, будешь выступать! – выцепила главное для себя из разговора Эмма. – Вперед, к швее!

– Мы застрянем там навечно! – заныла я. – А я еще не ужинала!

Но подруга была непреклонна.

– Красота требует жертв! – заявила Эмма. – Вот представь, ты, Виктор, парни, полные трибуны, все скандируют твое имя, а у тебя штаны с вытянутыми коленками…

Я представила, и представилось почему-то очень живо. И если в каком виде я предстану перед парнями и трибунами после часового забега по пересеченной местности, мне было как-то все равно, то от мысли, что Виктор будет наблюдать меня в штанах с вытянутыми коленками, становилось неловко.

– Ладно, – согласилась я максимально нехотя. – Но только ради имиджа нашей академии.

– Конечно-конечно! – широко улыбнулась Эмма. – Все ради нее!

Входная дверь задела колокольчик, и тот мелодично зазвенел, оповещая владелицу о нашем визите. Швеей была невысокая миловидная женщина в теле с плавными движениями и профессиональным прищуром светлых глаз.

– Добрый день! – поздоровалась Эмма, с порога взяв процесс в свои руки.

– Здравствуйте. Меня зовут госпожа Олскон, чем могу помочь?

– Моей подруге нужен удобный костюм для физических упражнений, – Эмма показала на меня для верности, будто тут еще какая-то подруга наблюдалась. – Даже лучше два!

Швея понимающе покивала, обходя меня по кругу.

– А вы что хотите? – спросила женщина, заглянув мне в лицо.

– Есть, – честно ответила я.

– Понимаю, – улыбнулась госпожа Олскон. – Тогда не будем откладывать ваш ужин и снимем мерки!

Следующие полчаса меня измеряли со всех сторон тремя разными предметами. Умным магическим артефактом, магическим сантиметром и обычным сантиметром.

Надо сказать, что все показывали одни и те же цифры, но с разной погрешностью.

– Как вы определите, какой не врет? – с любопытством спросила я.

Раньше мне шили одежду только на заказ, но семейная швея магическими приспособлениями не пользовалась. «Я – швея старой школы!» – говорила она с гордостью.

Стоит заметить, что шила при этом получше всяких столичных ремесленниц, а оттого и высоко ценилась в нашем доме.

– Все врут, – невозмутимо ответила Олскон, – просто каждый для своего типа ткани.

– Гм… – глубокомысленно выдала я.

Полноценно шить мы должны были начать на следующем курсе, и я ждала этот предмет с нетерпением. Все-таки ниточки-иголочки были самым непонятным для меня занятием, а оттого казалось, что учиться будет интересно.

– Цвета? – спросила меж тем швея, делая пометки в блокноте.

– Цвета императорской академии, – с готовностью ответила я.

– Хорошо, – ответила швея, не поведя бровью. – С вас два серебряных.

Папенька, конечно, на меня денег не жалел, но два серебряных! Да на эти деньги можно целый гардероб бесприданнице собрать!