Юбка, которая задралась после езды на лошади, так и не заняла положенное ей место. Один край зацепился за что-то, ткань собралась нелепым комом у пояса, так что правая нога оказалась выставлена на всеобщее обозрение.

Горло перехватило, я поспешила прикрыться, а, подняв глаза, столкнулась с язвительным взглядом Рейвена. 

19.1

Мне понадобилось несколько секунд, чтобы взять себя в руки. 

— Рада, что наши мнения по этому вопросу совпадают, лорд Тенербен, ведь ни о каком прощении я просить не собиралась, — вскинула я подбородок. — Я должна вас осмотреть, раз уж другого лекаря в округе нет. Что произошло?

После моих слов тишина стала абсолютной. Горожане замерли, уставившись на меня круглыми глазами, мисс Браун откашлялась, наклонив лицо. 

— Упал с дерева, разве тебе не сказали, Лиз? — Рейвен встал и шагнул мне навстречу.

Он издевается?

Я бы хотела разозлиться всерьез, но видела, как тяжело ему идти и даже стоять, как побледнела кожа, какими медленными и скованными стали движения.

Внешне Рейвен был цел, но он явно был не в порядке, даже шрам на его щеке стал бледным и тонким.

Но Рейвен, кажется, не собирался давать мне ни малейшего шанса его осмотреть.

— С какого дерева, Рейвен? — выгнула я бровь.

— О, их здесь много. Ты не замечала? Зря, сотруднику НекроС необходимо быть внимательнее.

Я мигом вспомнила все ругательные слова, которые знала, и задумалась: если я больше не леди, а умертвие, уместно ли мне будет наградить Рейвена десятком неприличных эпитетов?

— И для чего ты туда полез, скажи? — скрестила я руки на груди.

— Снимал котенка с веток, — не моргнув глазом, ответил Рейвен. 

— И где же он?

— Кто?

— Котенок. 

— Убежал. Ты что, не знаешь, как ведут себя котята? Они склонны убегать. У вас много общего. 

Я сжала зубы и ладонями провела по ткани юбки.

А у тебя много общего с упрямым ослом, Рейвен!

— Осмелюсь ответить вам вашими же словами, но погибнуть и получить ранение на службе — несложный фокус. Нам необходимо работать бок о бок, потому прошу отнестись ко мне как к лекарю, безо всяких лишних эмоций. Итак. Что с вами случилось, лорд Тенербен?

— Как она его… — пробормотал кто-то из горожан, но его тут же ткнули под бок локтем.

Мы с Рейвеном сверлили друг друга взглядами. Глядя в серые глаза, я думала, что в эту игру я могу играть вечно. 

Видишь ли, Рейвен.

Мне вовсе не нужно моргать.

Наконец тонкие губы изогнулись в ухмылке, отчего шрам на щеке стал заметнее, Рейвен отвернулся.  

— Все вон, — уронил он. — Сейчас. Вон!

От меня не укрылось то, что он стал еще бледнее, чем когда я вошла, как будто его утомило уже то, что он встал на ноги.

Наконец в комнате остались только мы. Рейвен тяжело опустился в кресло у камина и посмотрел на меня.

— Для тебя нужно особое приглашение, Элизабет?

— О чем ты?

— Оставь меня одного, чтоб тебе во Тьмы провалиться! Зачем ты сюда пришла?

Я вздрогнула. 

— Мне сказали, что тебе нужен лекарь.

Рейвен помолчал, глядя на меня исподлобья.

— Мне не нужен лекарь. И ты тоже не нужна. Ни как лекарь, ни как сотрудник НекроС, ни как… спутница. Что мне сделать, чтобы ты наконец убралась из этого города и перестала путаться под ногами?

Я почувствовала себя так, как будто он меня ударил, но быстро взяла себя в руки.

Рейвен имеет право злиться.

— У меня здесь работа, — ответила я. — И у тебя тоже, мы на одной стороне. Позволь тебе помочь. 

Рейвен коротко засмеялся, а затем схватил со стола у камина опустевший стакан виски и швырнул его в стену над моей головой.

Стакан разбился с оглушительным звоном.

— Отлично, я услышал твое мнение. А сейчас убирайся отсюда во Тьму! И из этой комнаты, и из этого города. Я, некромант его величества короля герцог Тенербен, приказываю!

Я почувствовала себя так, как будто он меня ударил. Хорошо еще, что я не могу заплакать!

Я понимала злость Рейвена, понимала, что он не хочет меня видеть, но…

Как будто все брошенные мне в лицо комки грязи, вся ненависть и все направленные в мою сторону вилы, все обидные слова, услышанные за жизнь, вдруг соединились в одной точке.

“Мертвячка, она мертвячка!”

“И что ты можешь?”

“Да она его окрутила, бродяжка, я точно знаю!”

Слова любимого человека всегда ранят сильнее, но… я должна держать себя в руках. Рейвен имеет право злиться. Я бы на его месте, должно быть, злилась тоже. 

— Нет. Я никуда не уйду. Ни из этой комнаты, ни из этого города. Если ты считаешь меня бесполезной — это твое право. Но ты не можешь отрицать то, что тебе нужен лекарь. Позволь помочь. 

— Элизабет Фортескью… — угрожающе начал Рейвен. 

— Рейвен Тенербен!

Он встал и медленно подошел ко мне. Осмотрел мое лицо, медленно, с брезгливым интересом, как будто смотрел на муху. Поморщился, и кожа вокруг шрама собралась тонкими морщинками.