От Теи:

Привет, Айрис! Я очень соскучилась. Ты приедешь на выходных?

Я тяжело вздохнула. Выключила телефон, встала и задернула шторы. Комната вновь погрузилась в темноту.

Никого не хочу видеть сегодня. И вообще никогда.

Три недели спустя, 15:30

Кофейня, Юинг

– Может, съешь что-нибудь еще? – спросил Джейкоб. – Ты заказала только чизкейк.

– Нет, не хочется… Лучше еще кофе. – Я бросила взгляд в опустевшую чашку.

Он кивнул и сделал заказ.

– Что ты вообще ела сегодня? – поинтересовался он, потягивая фраппучино.

– Пиццу.

Он с подозрением посмотрел на меня, и я нехотя призналась:

– Ну ладно, те два куска, которые остались со вчера.

– И правда, какая разница? – усмехнулся он.

Я невольно хихикнула. Официант как раз принес кофе, и я радостно ему заулыбалась. В последнее время для нормального существования мне требовалось больше кофеина.

– Ты на этой неделе видела Рокс?

Я кивнула:

– Она переезжает в новую квартиру, будет снимать ее вместе с тремя девушками. Хозяин ее старой квартиры решил больше не сдавать, а в городе аренда все дороже, так что…

Я предлагала подруге спать у меня на диване, но она сразу отказалась. Это понятно, ей нужно личное пространство. Хотя жизнь с тремя людьми под одной крышей ее не смущает. При встрече они ей показались прикольными, так что я за нее не волновалась. К тому же это временно, пока она не найдет недорогую квартиру поближе к центру.

– Что будешь делать вечером?

– Смотреть «Американскую семейку», пока не усну. А ты?

– Вернон пригласил меня на ужин, – произнес он равнодушно.

Я взглянула на него. Всегда было забавно наблюдать, как Джейкоб пытается скрывать свои чувства. Я знала, что Вернон из кожи вон лезет, чтобы вернуть его доверие. Снова завоевать его. И, несмотря на их размолвку, в ту самую ночь Вернон стал первым, кому Джейкоб позвонил.

– Пойдешь?

– Еще не решил.

Врешь. Ты уже наверняка придумал, что надеть.

Джейкоб любил его. Даже после всего, что случилось. И я его прекрасно понимала. Вернон не со зла так поступил – он просто дико боялся потерять Джейкоба, потому и не рассказывал, что раньше у него была другая семья. Но тайное всегда становится явным. И никто не любит, когда его обманывают.

«Я никогда не лгу».

Его голос вклинился в мою голову, словно навязчивая мысль. Так часто бывало. И это ужасно изматывало.

– Ты расскажешь мне, если тело найдут? – спросила я, пристально глядя Джейкобу в глаза.

Мне нужно было услышать правду. Потому что, пока я не увижу тело своими глазами, я не отпущу Кая. Без этого я жить дальше не смогу. Меня разрывали противоречивые чувства: надежда, что он еще жив, и желание увидеть его мертвым, чтобы примириться с его смертью.

– Вернон поднажал на полицейских, которые ведут дело, но пока ничего, – вздохнул Джейкоб, глядя на свой стакан. – Этот мудак Кейси выстрелил несколько раз, а внизу были скалы. Вернон говорит, что если он не умер от ран, то все равно мало шансов, что он выжил после удара о камни.

Я кивнула, во рту появился горький привкус.

– А ты не слышал… не слышал больше о Кейси с того вечера?

– Думаю, давно огребает по полной. Но если он появится, я убью его собственными руками.

От решимости в его голосе я вздрогнула, но в глубине души… я тоже этого хотела. Всему виной был Кейси. С самого начала. Это он выстрелил в Кая через несколько секунд после того, как пуля пронзила горло Мейсона. Порой эти мысли не давали мне спать по ночам. Если бы я не убила Мейсона, остался бы Кай в живых?

Вдруг Кейси захочет отомстить мне? Вдруг все расскажет отцу Кая?

Джейкоб всегда убеждал меня, что бояться нечего. Кейси считал, что его отца убил Кай. Поэтому он и стрелял в Кая. Но мы с Джейкобом знали правду – Мейсона убила именно я. И молилась, чтобы Кейси не пришло это в голову. Ужас охватывал меня при мысли, что он вспомнит все в деталях и поймет, как было на самом деле.

– В моей жизни было много потерь, солнце, – тихо сказал Джейкоб, возвращая меня в реальность. – И самое страшное в этом состоянии – оставаться одному. Все время думаешь об этом, плачешь, торгуешься с небесами, вспоминаешь мгновения, пережитые вместе… и так без конца.

Слезы навернулись на глаза. Я знала, что он прав. Джейкоб потерял обоих родителей и бабушку, которая его вырастила. Понятно, что с таким опытом ему было легче пережить горе и двигаться дальше.

Но в глубине души я злилась на него за это. Потому что сама я так не могла. Меня заклинило.

Пожалуйста, позволь мне забыть тебя…

– Его не вернет то, что ты не ешь и не спишь. И что безвылазно сидишь дома – тоже.

– Я устала, – произнесла я, проведя рукой по волосам.

– Знаю, солнце… Но нужно потихоньку жить дальше, – повторил Джейкоб. – Например… Ты не хочешь укоротить волосы? Скажем, до плеч? И осветлить?