Я добираюсь до стола, и Риз смотрит на меня игриво, прежде чем скользнуть вниз и встать, потряхивая волосами. Чёрт, если она снова так на меня посмотрит, я не знаю, что буду делать.

Все парни в комнате и даже некоторые девушки следят за ней. Она, должно быть, сильно пьяна, если делает что-то подобное, и я знаю, что она пожалеет об этом, так что, не раздумывая, забираюсь на стол и хватаю её за руку, чтобы спустить её.

— Что ты делаешь? — говорит парень, который сидит на столе с пивом в руках. — Не порть нам праздник!

Несколько возгласов сопровождают его слова.

— Заткнись и благодари, что я не испортил тебе лицо, — отвечаю я, спрыгивая с стола. Риз хватается за мою шею, чтобы не упасть, и прячет лицо в моём шее, когда мы идём через толпу. Мурашки бегают по моей спине.

— Как вкусно ты пахнешь... — шепчет она, нежно касаясь носом впадины на моём ключице.

Я сажаю её на край лестницы, и она пугается, взглянув наверх.

— Нет, нет, нет... я не хочу подниматься. Я поднималась раньше, и... я боялась, — начинает бормотать она. В её взгляде потерянность, а голос дрожит.

Парень без футболки поднимается по лестнице рядом с нами, и я отступаю в сторону. Не могу даже представить, что бы случилось, если бы я не успел вовремя. Одна мысль об этом заставляет кровь вскипать в жилах.

Думая о всех этих придурках, которые пялятся на неё, я дико злюсь. Даже не знаю, почему, но это только усиливает моё раздражение.

— Почему ты так много пьёшь? — спрашиваю я, скрещивая руки на груди.

— А тебе что? Что тебе вообще до этого? — говорит она, пытаясь встать. Шатается и опирается на мою грудь, стоя на ступеньке чуть выше меня. Её дыхание пахнет алкоголем.

— Что бы твой отец сказал, если бы он увидел тебя такой? — говорю я, пытаясь, чтобы она что-то поняла.

— Он... Расселл. Он не командует мной, знаешь? Я — бунтарка.

— Конечно нет. Ты просто ребёнок, чёрт возьми, Риз, — произношу я, чувствуя разочарование.

Она спускается на одну ступеньку, опираясь на моё плечо, и в итоге стоит на полу. Я отступаю, когда тот же парень снова спускается по лестнице.

— Разве ребенок так поступил бы? — говорит она с сексуальной улыбкой, прежде чем схватить парня без рубашки, обвивая шею, чтобы прижаться губами к его губам. Парень реагирует, прижимает её к себе, продолжая поцелуй. Я не трачу и секунды, чтобы оттолкнуть его с силой.

— Что с тобой, придурок? — говорит он злым голосом. Я сжимаю кулаки и пытаюсь успокоиться, но не могу.

— У тебя есть три секунды, пока я не сломал тебе челюсть! — говорю я, сквозь зубы.

Он смотрит на меня с недоумением. Тоже пьян.

— Один! — начинаю отсчёт.

Он поднимает руки в знак капитуляции и медленно уходит. Риз смотрит на меня с озорной улыбкой, пока, шатаясь, опирается на стену.

Не думаю, что она осознаёт, что только что сделала.

— Пойдём, — говорю, хватая её за талию, чтобы она не потеряла равновесие.

Её кожа покрывается мурашками от моего прикосновения, и я это замечаю.

Мы проходим через танцпол, и я вижу Пейтон вдалеке, танцующую с Оливером, одним из её друзей.

— Останься здесь на минуту, — говорю я ей на ухо, чтобы она меня хорошо услышала. Она чуть приоткрывает губы и кивает.

Я подхожу к Пейтон и Оливеру, и они поворачиваются ко мне.

— Где ты был, брат? — говорит Оливер. Мне рассказали, что он учился на оператора и теперь работает в телевизионной программе. Это не совсем его место, и, как я выяснил, он оказывается братом Джастина. Да, того самого Джастина, которому я сильно отдубасил лицо. Это я, конечно, решил опустить.

— Мы уходим. — говорю, повышая голос, чтобы меня хорошо услышали. Не знаю, где остальная компания, но точно не собираюсь их искать, чтобы попрощаться.

Пейтон смотрит через моё плечо. Знаю, что она заметила Риз.

— Пока тебе повезло, но это не конец, Эрос Дуглас! — восклицает она с улыбкой, чтобы я её точно слышал. — Нам ещё предстоит много разговоров!

Я смеюсь и поворачиваюсь, направляясь к Риз, которая продолжает танцевать наедине.

— Пошли, принцесса.

Она поджимает губки, и её нижняя губа выпячивается, что заставляет меня снова обратить внимание на её лицо.

— Но мне нравится эта песня, — шепчет она, снова двигаясь в такт музыке. Я ощущаю её бедра под своими руками, и вырывается тихий рык.

— Ты хорошо танцуешь? — спрашивает она наивно.

О, да, тебе определённо удаётся это.

— Ты точно бы справилась лучше без этих каблуков. Пойдем домой, и ты их снимешь, — прошептал я ей в ухо, пока мы шли по веранде.

— Но я хочу танцевать. Я не хочу домой, — ее пьяный голос звучал как у маленькой девочки, и на минуту я почувствовал, что больше не злюсь.

— Дома ты можешь танцевать сколько хочешь, — сказал я, стараясь не разжигать слишком много фантазий.

— Д... дома? — испуганно спросила она. — Нет, нет... я должна идти. Я должна найти Эроса, это опасно.