Когда я вышел из кабины, обмотал полотенце вокруг бёдер и с неохотой посмотрел в зеркало. Мне нужно было поспать, но помимо этого… я выжил.

Она была не права.

Я хотел, чтобы она это знала. Она должна была увидеть собственными глазами, что я не тот больной ребёнок, каким она меня считает.

Я вернулся к сообщениям Джун.

Хантер:Ты успокоилась?

Джун:Я спокойна. Но имей в виду: если ты собираешься игнорировать меня и в школе, я в эту игру играть не буду.

Я улыбнулся как идиот, вытаскивая из шкафа чистые боксеры.

Хантер:Ладно, но дай мне пару дней, чтобы понять, насколько всё серьёзно.

Джун:Нет.

Я прочитал это сообщение с растерянной, но одновременно довольной улыбкой.

Хантер:Что ты имеешь в виду?

Джун:Я буду с тобой. Но на моих условиях, Джеймс.

Хантер:Какие именно?

Джун: Такие, чтобы ты не менял мнение восемь раз в день. Тебе нужно научиться быть последовательным в своих словах. Если ты думаешь, что вести себя скромно в школе — хорошая идея, что нам не стоит привлекать лишнее внимание… мы решаем это вместе. Не делай всё по-своему.

Я посмотрел на свою кровать — пустая без неё. И я не хочу быть без неё.

Хантер: Можно я приду к тебе переночевать?

Джун: Нет, мистер последовательность. Увидимся завтра в кабинете директора.

Хантер: Должен ли я думать плохое, Белоснежка?

Джун: Посмотрим, сможешь ли устоять.

На следующий день я опоздал на урок. Ничего нового, но так получилось, потому что я решил проводить Джаспера до школы, а потом задержался у двора его учебного заведения чуть дольше обычного. Я убедился, что вокруг нет ничего подозрительного — ни странных машин, ни неприятных лиц. Только убедившись, что всё как обычно, я направился в свою школу.

Когда я прошёл через вход, все уроки уже начались, поэтому я воспользовался моментом, чтобы осмотреть пустые коридоры и проверить камеры, направленные на кабинет директора. Я попросил Кармен, одну из уборщиц, дать мне лестницу, чтобы я мог подобраться к камерам наблюдения и затемнить их чёрным скотчем. Потом, не раздумывая, я постучался в кабинет директора, но никто не ответил. Тогда я попытался открыть дверь, но она была закрыта на ключ.

В этот момент я решил, что пора идти на мои две ужасно скучные пары математики, надеясь, что тем временем Джексон уже получил ключи у Блейза.

Я вошёл в класс, и преподаватель отчитал меня за опоздание, но я раздражённо проигнорировал это и направился к парте Джун. Начал барабанить пальцами по столу, и она сразу же взглянула на мою руку, затем склонила голову в сторону, не поднимая глаз.

Она хочет игнорировать меня специально.

Конечно.

Я устроился на свободном месте перед её партой. Оттянул стул как можно дальше назад, чтобы спинка опиралась о край её стола. Чувствовал, что нахожусь всего в нескольких сантиметрах от неё. Облокотился на стул, и пока преподаватель объяснял, как возводить числа в степень до бесконечности скуки, я опустил правую руку назад к полу. Пальцами дотронулся до её перекрещённых лодыжек под партой, слегка коснувшись их кончиком указательного. Джун слегка вздрогнула от неожиданного прикосновения, но я не остановился.

Я немного задержался на её гладкой коже, нежно проводя пальцами. Вдруг почувствовал, как она наклонилась ко мне. Её тёплое дыхание щекотало мне шею.

— Ещё раз дотронешься — воткну тебе этот карандаш в глаз, — пригрозила решительным голосом.

Я повернул голову и показал ей довольную улыбку, и тут же заметил её лицо совсем рядом… и не только лицо, ведь мои глаза сразу упали на декольте. На её груди, прижатой к краю парты, стянутая блузкой. Я облизывал губы.

— Рано утром, Уайт. Не подавай их мне таким образом. Пожалуйста, — пробормотал я хриплым, сонным голосом.

— У тебя есть ключи? — спросила она, становясь серьёзной.

— Думаю, Джексон их держит. Коридор пустой, я закрыл все камеры, — ответил я.

Теперь была её очередь довольной улыбки.

— Можешь сказать, что я молодец…

— Скажу, когда ты действительно это заслужишь, — прошептала она мне в ухо, пока я откидывался назад, чтобы коснуться мягкости её губ, совсем рядом с щекой.

— Ах да? А скажи, Белоснежка… где и когда я мог бы заслужить такой комплимент? — я поддразнил её.

— Это способ пригласить меня куда-нибудь? — спросила она, и я понял, что она всё ещё улыбается.

— Именно. Хочешь выйти сейчас? — предложил я, не раздумывая.

— Нет.

— А когда?

— Можно иногда использовать фантазию, — поддразнила она меня.

— На перемене, — предложил я снова.

— Нам нужно к директору, и мы не будем одни.

Чёрт.

— Хантер, Уайт. Хватит разговоров. Вы уже достаточно болтали, — окликнул нас преподаватель.

— Ах, значит, по-вашему, мы просто разговаривали? У вас странное понимание слова «разговаривать», профессор… — ответил я с насмешливой улыбкой.