Мы продолжали откладывать разговор о колледже столько, сколько могли, но когда настал последний день школы, а за ним вечеринка по случаю окончания учебного года, об этом говорили повсюду, и почти невозможно было не думать об этом.

В тот день, когда мы с Мэй вернулись в мою комнату, мы нашли Джеймса всё ещё на моей кровати.

— Ты всё ещё в таком состоянии?

Мы уже были готовы, поэтому видеть его таким меня только раздражало.

— Что случилось? — спросил он, не отрывая взгляд от телефона.

— Вечеринка по случаю окончания школы.

Джеймс фыркнул с скукой. Он не собирался идти.

— Прости, а ты не был королём вечеринки? — подтрунила Мэй.

— Похоже, если нет ни наркотиков, ни девушек, это неинтересно, — подколола я его.

Но, возможно, моя шутка была слишком резкой, потому что Джеймс встал, явно раздражённый.

— Учись со мной обращаться получше.

— А если нет? — уставилась я на него.

— Тогда вот так, — сказал он и вышел, хлопнув дверью.

Я осталась, уставившись в пустоту, потом Мэй схватила меня за руку.

— Можешь попытаться выражать мысли чуть более умеренно, вместо того чтобы постоянно нападать или провоцировать, Джун.

— Ты всегда должна быть права, да?

Она покачала головой с улыбкой, потом мы в последний раз проверили себя в зеркале и вышли из дома. Джеймс был снаружи, сидел на лестничной площадке и курил, ожидая нас.

— Значит, ты не придёшь? — спросила я, глядя на него сверху.

— Я не в состоянии, ясно?

Я решила не поддаваться его провокациям, поэтому проигнорировала его и села в машину. Я не могла бегать за ним и продолжать извиняться за то, что меня обманули с камешком. Он не мог винить меня за такую мелочь.

— Джун, Джеймс просто боится тебя потерять, — попыталась сказать мне Мэй, но я была слишком зла на него.

Это была последняя вечеринка в жизни, и я не понимала, почему он должен был оставаться дома.

— Забудь об этом, давай поговорим о тебе. Готова увидеть Уилла?

Во время весенних каникул Уилл и Мэй официально ещё не были вместе. Уилл был честен с ней, но его слова оставались лишь словами. Он иногда её игнорировал, и Мэй боялась расстроиться, поэтому хотела действовать осторожно. Она не была не права, но на вечеринку на пляже в честь конца учебного года решила сделать ему сюрприз.

Когда мы прибыли на пирс, мы быстро нашли Уилла. Почти все были в купальниках, а он в белой льняной рубашке танцевал с девушкой, даже не глядя ей в глаза. Его одержимость Мэй явно не прошла, и я убедилась в этом, когда он увидел её.

— Ты просила меня не совершать безумств, — услышала я, как он сказал.

— Ты ведь соблюдал мою просьбу, Уильям.

Я увидела, как грудь Уилла тяжело вздыхающая, будто наполненная воздухом.

— Почему ты здесь?

— Я хотел увидеть тебя ещё раз…

— Прощание?

Глаза Уилла заблестели.

— Во время весенних каникул ты сказала, что не хочешь…

— Я не хотела, чтобы ты менял университет ради меня, — объяснила она.

Для него всё было только чёрное или белое. Мэй же дорожила своей независимостью, как и независимостью Уилла.

— Я её не целовал, — услышала я, как он пробормотал.

— Мне всё равно, кого ты целовал, Уилл. Не в этом дело.

Я почувствовала себя лишней, поэтому решила дать им немного уединения и побежала обнимать Тиффани. По крайней мере, попыталась. Её живот был большой, и она была прекрасна.

— Ты в порядке?

— Хочешь честный ответ или вежливый? — сказала она, глядя на меня глазами, опухшими от слёз.

— Честный.

— Осталось три недели, и я чувствую, что лопну. С сегодняшнего дня у меня ещё и невыносимые судороги.

— Тейлор заставила тебя прийти сюда, да? — спросила я, заметив, как она фыркнула. — Кстати, где она?

— Она идёт. Была на семейном ужине. Типичные случаи, когда люди засыпают тебя вопросами.

— Что ты имеешь в виду, Тифф?

— Всегда спрашивают, кто мы такие, вместе ли мы или мне нравятся девушки. Кто будет матерью, кто отцом, а у меня нет ответов.

— Они тебе и не нужны, — ответила я, поглаживая её по плечу. — Это ты и Тейлор. Вам не нужно ничего объяснять никому. И к тому же вы сильные, вместе.

— Я не знаю, Джун. Не знаю, что будет с моей жизнью. Ты всё видишь в розовом цвете, потому что в следующем году уедешь… — пробормотала она, задумчиво глядя в пустоту.

Я знала, что мечтой Тиффани всегда было уехать отсюда, возможно, путешествовать по всему миру, но я не хотела ещё больше нагружать её сердце. Я хотела сказать, что через три недели всё закончится, но не была уверена, что это правда. Рождение ребёнка изменит её жизнь.

— Тифф, я вернусь.

— Как отнёсся Джейми?

— Не знаю. Он предпочитает делать вид, что ничего не произошло, а я через два месяца уезжаю, — пробормотала я, на моих губах проступил недовольный изгиб.