Сегодня всё ощущается даже острее, чем вчера, почти без боли. Она есть, но такая приятная, на грани. Я обнимаю широкие плечи и кусаю его нижнюю губу. Меня разрывает на части, когда чувствую, как напрягается низ живота от его движений, а мышцы влагалища сжимают его член. Мир разлетается на осколки, я таю в его руках, пока он толкается в меня ещё глубже и резко выходит, прижимаясь лбом к моему плечу. Дышит тяжело и часто, в унисон с моим дыханием.

— Мне кажется, я знаю, как помочь тебе стать чуточку покладистее. Вытрахать всю дурь из твоей головы.

Я кайфую от его голоса и силы. От запаха и всех чувств, которые он вызывает. 

Динар отстраняется, но моё тело такое слабое, ноги не держат, и я едва не оседаю на пол. Асадов замечает это и вжимает меня плечом в стену с лёгкой усмешкой на губах. Поправляет брюки на своих бёдрах, подхватывает на руки и несёт вглубь номера.

— Ты дверь перепутал. Моя комната в другой стороне, — передразниваю его.

Асадов относит меня в свою спальню и бросает на кровать. Скрывается ненадолго в ванной и выходит из неё, вытирая руку о полотенце. Откидывает его в сторону, приближаясь ко мне. Он полностью контролирует процесс, осечек быть не должно — я ему доверяю, но решаю после возвращения в Россию записаться на приём к гинекологу и подобрать контрацептивы, потому что хочу, чтобы Динар кончал в меня и рядом со мной полностью отключал контроль. 

— Ничего я не перепутал, Наташа. Мы ещё не закончили. — Он хватает меня за щиколотку и тянет на себя, плотоядно улыбаясь. 

18 глава

Наташа

— Попросить пилотов посадить самолёт в ближайшем аэропорту? — Динар касается моего лица тыльной стороной ладони и гладит по щеке, заметив, что я нервничаю.

— Даже не сомневаюсь в том, что у тебя получится уговорить их это сделать. —Задерживаю взгляд на его улыбке и в ответ слабо приподнимаю уголки губ.

Мне приятна его забота. Особенно после всего, что было между нами ночью. Но расслабиться не получается по другой причине. Утром я включила телефон и получила несколько сообщений от Ильи, в одном из которых он написал, что встретит меня сегодня в аэропорту. И зачем только в прошлый раз я сказала ему о дате своего возвращения? Нет, я не сомневаюсь в том, что не буду продолжать с ним отношения, но сказать об этом вот так? Это не совсем правильно. Придётся прояснить ситуацию сразу и самой, пока Асадов не предложил свои услуги. Да и не в моих правилах обманывать людей, тем более встречаться сразу с двумя. Совесть заест.

Делаю несколько маленьких глотков из бутылки и мысленно настраиваюсь на разговор с Ракитиным. В голове полный сумбур, но теперь я хотя бы понимаю, в чём разница между мальчиком и мужчиной. Наверное, поэтому со сверстниками не складывалось? Они всегда казались легкомысленными, поверхностными и не способными принять разумное решение.

Самолёт приземляется в аэропорту ближе к полудню. Я сразу замечаю в толпе Илью. И не я одна. Динар обнимает меня за талию, и его пальцы впиваются в кожу, а на лице появляется насмешливая улыбка.

— Сама ему скажешь, или провести ещё одну воспитательную беседу?

— Я отчасти жалею, что не сказала вчера Катине, как обстоят дела на самом деле. И знаешь почему? Потому что не люблю причинять людям боль. Ни физическую, ни моральную.

По глазам вижу, что мои слова не впечатляют его, а лишь подстёгивают сказать что-то хлёсткое в ответ.

— Так это жалость? Ты поэтому с ним встречалась? Со мной сексом занимаешься, надеюсь, не из-за неё?

Динар всматривается мне в лицо, с его губ не сходит наглая усмешка. Ума не приложу, как буду держать оборону, ведь я ещё совсем девчонка и никакого опыта общения со взрослыми мужчинами у меня нет. Собственно, как и по усмирению таких гадов, которые говорят в лицо всё, что думают.

— Да, всё из-за неё. Ты не мог бы спросить у Берга телефон Феликса? Хочу узнать, как его здоровье после вчерашнего. Испытываю сильное желание искупить вину за причинённые тобой неудобства.

Динар раздражённо закатывает глаза.

— У тебя десять минут, Наташа. Мы с Кариной ждём в машине. Про номер Феликса напомни мне вечером. Позвоню Катине. Он вроде бы у неё в подразделении числится.

Ладно. Один – один. Нужно будет уточнить у Романовой, как давно Динар ведёт переговоры с людьми Берга, а то, может быть, Феликс и к Катине клинья подбивал, и эта показательная казнь была всего лишь личными счётами между мужчинами?

— Озвучь, пожалуйста, что будет, если я не исполню твой приказ? Говорят, что у страха глаза велики...

— Ничего не будет, Наташа, — перебивает Динар и напускает на себя серьёзный вид. — Давай, иди уже, у меня сегодня очень много дел.

Он хлопает меня по ягодице и направляется на выход с нашими вещами, а мне снова хочется его ударить. Надеюсь, Илья не заметил этого смачного шлепка и взгляда, которым Асадов посмотрел на меня напоследок.

На ватных ногах приближаюсь к Ракитину. Он держит в руках огромный букет и улыбается такой милой и искренней улыбкой, что я, ещё даже рта не успев открыть, чувствую себя сукой. Не привыкла я так с людьми и начинать не хочу.