— Ну-ну. Вангую: через пару дней твой красавчик с большим членом даст о себе знать, потому что осознает, какую девочку упускает. Посмотри на себя, Даш! Ты не можешь не нравиться!

Мне хочется до победного играть роль взрослой и независимой, но улыбка получается натянутой и вымученной. Я сдаюсь и позволяю включиться наивным девичьим фантазиям.

Если бы. Пожалуйста, если бы...

В последние дни я сама не своя. Хожу по салонам с подругой, посещаю дорогие заведения и покупаю красивые наряды, растрачивая деньги дяди Олега, оставленные в кармане плаща. Только бы отвлечься.

Мерзко? Возможно.

Я уже не знаю, как правильно. И надо ли кому-то моя принципиальность, если мне самой она явно в минус?

— Я заплачу, — кивает Янка.

Покинув кофейню, мы не торопимся возвращаться в университет. Время у нас ещё есть, потому что заболел преподаватель и пару по английскому неожиданно отменили.

Погода тёплая и солнечная. Настроение выравнивается и балансирует. Я снимаю бомбер и повязываю его на бёдрах, абсолютно не чувствуя холода.

Подруга достает электронку и, дождавшись, пока та нагреется, затягивается густым дымом.

Тема на повестке дня — не меняется. Она о сексе. Правда, теперь уже не моем, а Яны.

Я слышала историю об удачном эксперименте с Арсеном примерно сотню раз, но с удовольствием слушаю и не перебиваю в сто первый, потому что болтовня подруги, как ни странно, успокаивает.

Выбросив использованный стик в урну, Яна выуживает из сумки телефон и быстро что-то печатает. Оторвавшись от дисплея, обезоруживает:

— Мне нужно встретиться с Миром и передать ему кое-что от мамы. На пару не опоздаем — не паникуй.

Я уже. И паникую, и жую губу, и вдавливаю ногти в ладони.

Будет глупо взять и сбежать, сославшись на важные дела, потому что подруга чётко знает — их нет.

Смотрю на витрину и украдкой поправляю волосы, пока Яна отвлекается.

Пытаюсь примерить на лицо невозмутимую маску, но, как только замечаю на горизонте высокую фигуру Ратмира, та мигом слетает и обнажает настоящие эмоции.

Перекатываюсь с пятки на носок, отвожу взгляд в сторону.

Несмотря на то, что мы учимся в одном вузе, — пересекаемся редко. Я первокурсница, а Мир — заканчивает магистратуру и готовится к защите диплома.

Приветствие получается скупым и нейтральным. Я киваю, глядя куда угодно — на выбеленные стены здания, на покрытый трещинами асфальт и беззаботных студентов, но только не в карие глаза.

Чуть поодаль стоят друзья Мира: Андрей Дорофеев, Илья Ракитянский и Глеб Ткаченко. Позже к ним присоединяется и Аня Богомолова, заставляя мое сердце ревностно сжаться.

— Что здесь? — спрашивает Ратмир, получая от сестры небольшой бумажный свёрток.

— А я откуда знаю? Меня попросили выполнить роль курьера и передать любимому сыночку нечто важное.

— Накинуть чаевых?

— Обойдусь. Внутри крем, который рассасывает рубцы. Мать волнуется, что рано или поздно ты превратишься в покрытого шрамами уродца, если будешь и дальше позволять безжалостно гасить себя по лицу.

Мир парирует, отвечая на нападки сестры, а я удивляюсь — как у него вообще получается вести себя настолько спокойно и ровно. И почему у меня нет?

— Ты что — курила?

Поток издевок прекращается, когда Ратмир подходит ближе, хватает Янку за скулы и зло нависает сверху.

— Н-нет.

Я бы испугалась. Клянусь. Несмотря на то, что я никогда не понимала кайфа от табачных изделий, — сейчас у меня натуральным образом потеют ладони.

Вот только подругу этим не проймёшь. Она умеет юлить и выкручиваться, привыкшая к подобному формату общения с братом.

Яна выглядывает из-за широкой спины и смещает фокус внимания:

— Илья, привет! Слышала, у тебя намечается тусовка в эту субботу?

Скрежет челюстей Мира долетает и до меня, хотя я стою не настолько близко.

Затягиваю бомбер потуже, поднимаю голову.

Наши взгляды встречаются настолько неожиданно, что меня насквозь пробирает. Я расправляю плечи, выдерживаю зрительный контакт. Губы не улыбаются, глаза равнодушные и холодные. Пытаюсь найти в них хотя бы отголоски той ночи, но их нет. Словно и не было ничего.

Вот так.

Ни комплиментов, ни признаний. Ни жажды, ни напора. Мне не могло примерещиться, но, чёрт возьми, сейчас вдруг кажется, что я полоумная.

— Ян, пощади, — выкрикивает в ответ Илья. — Твой чокнутый братец мне голову скрутит, но знай — я всегда за.

— Буду ждать от тебя пригласительные, — ласково воркочет подруга. — Напиши мне, пожалуйста, в соцсетях.

В компании друзей звучат шутки и смех. Всем весело, Янка продолжает отжигать, явно пытаясь раздраконить брата и удачно съехать с темы курения.

— Не смей соваться к Ракитянскому, — произносит Ратмир тихим, но довольно жестким голосом, цепляя сестру уже за локоть.

— Эй, пусти! Ты какой-то дикий!

— Мне сразу же сообщат, что ты там. И если так и будет — обещаю, я приеду и, не стесняясь, устрою прилюдную расправу.