Паника уже не била по голове. Разговор с генералом помогал снизить напряжение.

— У него такая работа. Империя слишком разрознена. А Его Величеству нужно решать глобальные проблемы. Это не мечом махать.

— Чтобы мечом махать, тоже нужны мозги.

— Махать мечом мне по душе. Не представляю себя в кабинете, перебирающим скучные бумажки.

Я живо представила генерала за большим дубовым столом. И не удержалась, прыснула со смеху.

— Ты уже смеёшься, Кира. Это хорошо.

— Вы смешной.

— Я даже не обиделся.

— Вы делаете успехи.

— Да? И какие же? — в голосе сквозило удивление.

— Принимаете себя и не злитесь.

— Кира, я не хочу тебя пугать, но от того, как ты крадёшься, во мне все инстинкты просыпаются. Я ведь дракон.

— Хорошо, что вы чувствуете его.

— Это снова эксперимент с твоей стороны?

— Я должна знать все ваши реакции.

Хотя это вранье. Кралась я потому, что боялась, что сбегу.  И генерал тоже это знал. Но мы делали вид, что это не так.

Я наконец дошла до кровати. Сбросила обувь и аккуратно забралась на покрывало, продвигаясь ближе.

— Ты крадёшься, как кошка.

Я фыркнула.

— Я не кошка.

— А кто тогда?

— Эрэйн зовёт меня змейкой.

— Эрэйн, значит, — хмыкнул генерал.

Надо же, обратил внимание! Он меня явно разговорил.

— Вы это специально?

— Ты ведь мне не признаешься ни в чём. Приходится вытаскивать из тебя по капле, — не стал отрицать генерал.

Нортан не шевелился. А я смотрела на его спину. Она была вся в шрамах. Грубых и рваных. Это была не просто спина. Это была карта сражений.

Каждая линия — след боя. Каждая отметина — удар, который он когда-то пережил.

— И всё равно я не понял, почему змейка.

— Я из клана Изумруда.

— Кира, я же сказал: я не про мозги. Я мечом машу. Не понимаю. В клане Изумруда, как и в любом другом клане, драконы живут. Почему змейка?

— Так уж и не про мозги, — проворчала я. — Я читала досье на вас. Ваши операции в стане врага требуют детальной подготовки. Так что не прибедняйтесь, генерал.

Он снова рассмеялся.

Когда я подползла ближе, страх уже не накатывал. Наоборот, разговор с ним разжёг во мне любопытство и желание преодолеть себя. Мне казалось, что именно с ним у меня все получится. Эрэйн был прав…

— Кира…

— В клане Изумруда раньше жил другой клан. Немногочисленный. Клан змей. Их маги могли обращаться в змей.

— Хм. Не слышал о таком. Я историю не любил в академии.

Я снова рассмеялась.

— Так ты, выходит, наследница той крови?

— Ну… в змею я не обращаюсь.

— А словом жалишь метко.

Я протянула руку в тонкой кожаной перчатке к спине Нортана. Подушечками провела по особенно грубому шраму. Он дёрнулся от первого прикосновения.

И мы оба замерли.

Моя рука так и зависла рядом с его кожей. Я часто задышала.

— Кира, дыши. Я калека и не смогу тебе ничего сделать. Дыши, девочка. Можешь лечь на спину и найти опору.

— Откуда вы знаете, что нужно говорить и делать?.. — хрипло проговорила я, стараясь сделать вдох ровнее.

— Многие из моих воинов мучаются последствиями войны, — спокойно ответил Нортан. — У кого-то трясутся руки. Кто-то просыпается ночью от криков. Панические атаки я видел.

Он говорил тихо. Без жалости. Просто констатировал факт. Голос был тихий, ровный, не опасный.

— Я видел, как с ними работают лекари. Слышал, что им говорят.

Он чуть повернул голову, но всё ещё смотрел в сторону окна.

— Поэтому знаю. Если накрывает, нужно найти опору. Дышать.

Я всё ещё сидела рядом с ним, чувствуя, как пальцы в перчатках дрожат.

— Я не… — начала было я.

— Ничего не объясняй, — тихо перебил он. — Я не спрашиваю.

Я выдохнула и мысленно плюнула.

Мне не обязательно быть сильной. Так говорил Эрэйн. Я сползла с кровати и легла рядом с ней на пол. Прислонилась лопатками к тёплому дереву. Достала из кармана флакончик с маслом, открыла его и вдохнула запах лаванды.

Запах был мягкий, тёплый. Меня заземлило.

Паника начала отпускать.

Генерал тем временем что-то рассказывал. Его голос был тихим, ровным, почти монотонным. Его слова заполняли пространство, чтобы тишина не давила на меня.

Потом я разобрала, что он вспоминал свою молодость. Как они с лучшим другом Рейгардом кутили. Как попадали в неприятности. Как их родители вытаскивали из передряг, запирали дома, лишали денег, а они всё равно сбегали и снова гуляли. Как не раз были на ковре у ректора. Тот без успокоительного не принимал наследников.

Я слушала. И через какое-то время поймала себя на мысли, что… улыбаюсь.

Вот, значит, как живут обычные люди. Вернее, золотая молодёжь.

У меня такого не было. Мне было странно и… интересно слушать генерала. Никогда бы не подумала, что он может быть таким несерьёзным прожигателем жизни и по-настоящему отвязным.