– Гай Флорий Опикус, если быть точным, – ответил я.

Палач цокнул языком, как будто мне было неправильно получать собственную информацию... особенно, если моя была лучше его.

– Это злодей, Фалько. Все сходятся во мнении, что он мстителен, жесток и полон решимости предотвратить любые попытки вмешательства властей.

–Звучит хорошо. Флорио отдал приказ убить Вероволко.

«Нет, подожди минутку, Фалько!» — Амико поднял руку. «Мои источники говорят обратное. Они утверждают, что это был несчастный случай».

–Ваши источники, похоже, сошли с ума!

По их словам, Вероволько презирали как потенциального конкурента и не хотели брать его в коллеги. Он пытался пробиться на рынок и считал себя крутым парнем, но бессердечные римские гангстеры считали его всего лишь клоуном-любителем. Они бросили его в яму, просто чтобы преподать ему урок.

– Смерть – очень суровый урок, – заметил я.

«Мои источники сомневаются в этом», — настаивает Амико.

– Ваши источники лгут. Я видел тело, помните?

Амико бросил на меня недобрый взгляд; он спокойно доводил людей до грани смерти, заставлял их кричать от боли и оставлял калеками на всю жизнь, разрушая их психику, но он считал неправильным, чтобы я осматривал тех, кто уже мертв.

Я начал раздражаться.

«Да ладно тебе, мужик... „Несчастный случай?“ — усмехнулся я. — „Адвокат, должно быть, их подставил! Они подсыпали ему Вероволко и утопили его“».

–Парикмахер…

Я издал резкий смешок.

–А, Да, ваш упрямый и выносливый ножевладелец!

Палач открыто улыбался. Ему нравилось считать себя аскетом, но он выказывал при этом сильное удовольствие.

–Парикмахер стал как котенок, как только я придумал правильный трюк...

–Не говори мне.

«О, Фалько, ты слишком чувствителен». Вскоре после этого он услышал, как Флорио и другой важный человек спорят об этом инциденте. Видимо, Флорио решил побриться налысо, чтобы все считали его крутым ублюдком.

«Когда я впервые его встретил, он этого не делал», — проворчал я.

Флорио утверждал, что произошедшее было игрой; по его словам, все ушли, смеясь, ожидая, что британец выйдет оттуда мокрым и пристыженным. А потом он окаменел от ужаса, узнав, что Вероволько нашли мёртвым.

– «Все это было ужасной ошибкой; мой клиент в ужасе…» Вы снова говорите как его адвокат.

– Ну же, не будь жестоким, Фалько.

«Простите! Не люблю оскорблять экспертов, но я работаю над убийством Вероволько по просьбе старого короля. Я не могу сказать Тогидубно, что его слуга погиб из-за неосторожной игры, которая пошла не по плану».

«Тогда скажи ему, что это сделал Флорио». Этика среди палачей приобретала очень тонкие нюансы. «Он должен быть виновен и в других преступлениях, Фалько».

И у вас есть свидетель, который утверждает, что именно он отдал этот приказ.

«Что вам известно о моем свидетеле?» — с подозрением спросил я.

– Ты был не очень осторожен. Информацию ты получил от гладиатора по имени Амазония в баре «Колыбель дерева».

Я был в ужасе.

«Только не говорите мне, что это одно из заведений банды? Но я уже об этом подумал, я проверил название. Какое отношение качающаяся кроватка имеет к Юпитеру?»

Амико был образованным человеком, заядлым читателем, знал мифологию лучше меня. Он также любил ею похвастаться.

Согласно древнему преданию, бог Юпитер был сыном божества Кроноса. Кронос пожирал своих детей, варварским способом избегая пророчества о том, что однажды его заменит собственный сын. Мать Юпитера спрятала новорожденного в золотой колыбели, подвешенной к…

дерево между землей и небом, так что его ревнивый отец не мог найти его нигде, ни на суше, ни на море.

-Вот дерьмо!

– Они слышали, как ты разговаривал с девушкой, Фалько.

–Тогда она в опасности…

– Конечно, вы никогда не сможете представить женщину-гладиатора в суде.

Даже если так, Флорио захочет устранить ее. – Амико, казалось, обдумывал эту перспективу гораздо более флегматично, чем я.

–Я должен предупредить вас… прямо сейчас!

«И ещё кое-что». Лицо палача стало таким же бессердечным, каким я его видел. «Этот Флорио тоже знает, что за ним следит римский офицер. Это ты, Фалько?»

–Нет. Он член отряда самосуда.

Амико одобрял мстителей так же, как осуждал меня. Петроний был профессионалом, военизированным служащим, сравнимым с палачом; я же был информатором, то есть обузой низшего класса. Мой новый конный перстень лишь выставил меня на показ претенциозным шарлатаном.

– Флорио поклялся, что за это заплатит. – Амико увидел выражение моего лица.

Он твой друг, не так ли?

-Лучшее.

Я спешил на поиски снаряжения, когда наткнулся на Елену. Словно прочитав мои мысли, она бежала ко мне с моим мечом. За ней шла безошибочно узнаваемая представительница гладиаторской группы – девушка, которая хотела стать парнем. Или кем бы она ни была.

–Марко! У Клорис могут возникнуть трудности…