Он, должно быть, был самым высококлассным человеком среди всех постоянных клиентов, включая уважаемых бизнесменов. Мы нашли его там, притопывающим ногой…

«Простите! Зачем вы размахивали ногами? Бедняга ещё жив?»

Она покраснела.

–Это была всего лишь фигура речи.

–Так он умер или нет?

– Он был мёртв. Конечно, он был мёртв.

-Откуда вы знаете?

-Что?

«Если бы были видны только его ноги, как кто-то мог узнать о его состоянии? Разве вы не могли бы привести его в чувство? По крайней мере, вы могли бы попытаться. Я знаю, что вы не потрудились; сотнику пришлось его выносить».

Она казалась смущенной, но продолжала говорить весело.

– Он был мёртв. Это было совершенно ясно.

–Особенно, если вы уже знали, что его вчера вечером бросили в колодец.

– Ложь! Мы все были в шоке!

«Не так сильно, как, должно быть», — ответил я.

Мы ничего не добьёмся, оставаясь там. Мы оставили центуриона перенести тело в безопасное место, пока великому царю не сообщат. Мы с Гаем вышли в переулок, который служил открытой канализацией. Мы очень осторожно прошли мимо кучи мусора и повседневных отходов, выдававших себя за улицу. Это было довольно уныло.

Мы стояли на террасе под двумя невысокими каменистыми холмами, на которых был построен Лондиниум. Местность тянулась к реке. В любом городе это могло бы стать проблемой. Двое телохранителей прокуратора незаметно следовали за нами, словно солдаты на передовой, выполняющие особое задание, орудуя кинжалами. Они обеспечивали безопасность… отчасти.

Из плохо мощёной аллеи, соединявшей этот анклав с более обширными и, возможно, менее враждебными окрестностями, до нас доносился скрип кранов на причалах, выстроившихся вдоль Темзы. В воздухе также чувствовался резкий запах кожи, основного продукта торговли. В некоторых городах существовали правила, предписывающие кожевенным заводам располагаться за городом из-за исходившего от них зловония, но в Лондиниуме они были либо не столь строгими, либо не столь хорошо организованными. Привлечённые близостью реки, мы направились к ней.

Мы проходили между новыми складами с узкими фасадами, выходящими на берег реки, ведущими от переполненных разгрузочных доков в длинные, прочные складские туннели. Подпорная стенка реки была ими выложена, словно специально. Огромная, недавно построенная деревянная платформа служила одновременно причалом и защитой от наступающего прилива.

Я с грустью смотрел на реку. Темза была гораздо шире Тибра у нас дома, и во время прилива достигала ширины более тысячи шагов, хотя во время отлива сужалась примерно на треть. За причалом, где мы стояли, виднелись острова, заросшие камышом, которые во время прилива почти полностью затапливались, когда на многие мили до самого устья болота Темзы выходили из берегов. Дороги из южных портов вели вниз по южному берегу и сходились в том месте, где всегда паром пересекал реку. Деревянный мост перекинут через главный остров под довольно странным углом.

Стоя рядом со мной, прокурор явно разделял мою меланхолию. Смерть и туманные, серые берега реки производят одинаковое впечатление. Мы были людьми мирскими, но всё равно были опечалены.

Из-за чувства угнетения, вызванного нашим окружением, я все еще не был готов рассказать о смерти Вероволко.

–Вижу, ты починил мост.

«Да. Боудикка использовала его, чтобы добраться до поселения на южном берегу, а затем её войска попытались его вывести из строя». Тон Хиларис был сухим. «Причина, по которой он, как ни странно, стоит ровно, в том, что он не постоянный». Было ясно, что история с мостом его забавляла. «Фалько, я помню мост, построенный после Вторжения, который предназначался исключительно для военных целей. Это была всего лишь платформа из понтонов. Позже опоры сделали постоянными, но они всё ещё были деревянными, и мы их снесли. Было решено, что хороший каменный мост будет символизировать постоянство провинции, поэтому и построили этот».

Я участвовал в сатире.

–Вы сказали, что это тоже не навсегда?

–Нет. Постоянный мост будет проложен по прямой линии и соединится с форумом; по прибытии людям откроется великолепный вид на реку и холм.

«А когда планируется строительство постоянного моста?» — спросил я с улыбкой.

«Я бы сказал, лет через десять», — грустно ответил он.

Между тем у нас есть вот этот, который мы могли бы назвать постоянным временным мостом… или постоянным временным мостом.

–И он расположен под углом, чтобы, пока вы строите рядом финальную версию, у вас оставалось место для перехода?

–Всё верно! Если хотите переправиться сейчас, советую воспользоваться паромом.

Я поднял бровь.

-Потому что?

–Мост временный, мы не несем ответственности за его обслуживание.

Я рассмеялся.

Хиларис задумался. Ему нравилось давать уроки истории.