Следующий час я провела у кровати дочки в глубоких раздумьях. Не подвергаю ли я её опасности, когда мы живем рядом с духами? Конечно, Айко заверила меня, что они добродушные, с большей частью мы подружились, но… но всё же теперь было страшновато.

— Она не хотела вас напугать, – раздался голос Таро, когда я вышла из спальни. Он стоял в гостиной и дожидался меня.

— Что это за дух? – спросила я, а сама пошла заваривать себе чай, чтобы успокоиться. Кот последовал за мной.

— Это Хина. Одна из духов му-онна. Ими становятся убитые горем женщины, которые потеряли своих детей.

— И она хотела забрать Кэти? – я вздрогнула.

— Нет, – Таро грустно мотнул головой. – Она ищет ребенка, но никогда не заберет его у матери. Ведь Хина знает, какое это горе.

— Значит… при жизни она потеряла ребенка?

— Да. Ещё при родах. А потом умерла от горя. Не смогла этого вынести.

Я вспомнила, какой худой и тусклой показалась эта женщина. Возможно, когда-то она настолько горевала, что просто изморила себя голодом. При одной мысли, что переживает мать, теряя ребенка… нет, я даже подумать о таком не могла. Всё нутро противилось представлять подобное.

Мне стало не по себе от того, что я среагировала на Хину слишком резко. Хотя и меня можно понять. Даже если бы эта женщина не была духом, я бы все равно очень испугалась, когда твоего ребенка забирает в номер незнакомый человек.

— Она поэтому живет затворницей?

— Да, – Таро вздохнул. – Даже после смерти не желает выходить из своей комнаты. Лишь пополняет её игрушками в надежде, что когда-нибудь у неё всё-таки будет ребенок. Если честно, она не общается ни с кем из других ёкаев. Я видел её только издалека. То, что она вышла помочь Кэти – большая редкость. Видимо, почувствовала, что ребенок в смятении.

— Значит, она даже не знакома с остальными духами?

— Нет. Хина словно повесила на себя большое бремя вины, которое не даёт ей спокойно существовать. Даже после смерти.

Я задумалась и решительно отставила чашку с чаем.

— У меня есть одна идея…

_________________

Хина. Печальный дух матери, что когда-то потеряла своё дитя

Глава 20. Поиграем в дочки-матери

Прямо ночью, всё ещё будучи в пижаме, я лезла в домик на дереве. В какой-то момент оступилась и чуть не свалилась, но заботливые светлячки-духи роем подхватили мою ногу и поставили обратно на лесенку.

— Спасибо, – с улыбкой поблагодарила я наших защитников зелени, и вскоре постучала в маленькую дверцу.

— Кто там? – раздался голос одного из призрачных близнецов.

— Какие вы молодцы, научились спрашивать. Это Инга.

Одна из близняшек, Юми, открыла мне и заулыбалась.

— Нам Кэти сказала, что не надо открывать дверь незнакомцам.

— Это правильно, – я заглянула в домик близнецов. С тех пор, как они переселились сюда, по ночам в гостинице стало тихо. А ребятам здесь явно было очень комфортно. Хотя внутри и творился творческий беспорядок.

— Вы к нам в гости? – спросил Ючи, отрываясь от стены, на которой старательно что-то рисовал мелками. Довольно симпатично, надо заметить.

— У меня для вас есть новая игра.

— Игра! – Юми захлопала в ладоши. – Как хорошо, а то нам тут скучно…

— У меня на родине эта игра называется «Дочки-матери».

— Значит, я не смогу участвовать? – недовольно отозвался Ючи. – Я играть в девочку не буду!

— Нет, что ты. Это только название. Суть игры в том, что кто-то берет на себя роль детей, а кто-то их мамы. Мама заботится о своих детях, а те в ответ стараются вести себя хорошо.

— С этим у нас проблемы, – протянула Юми, разглядывая настенную живопись брата. – Но звучит весело! Вы будете играть нашу маму?

— Я бы очень хотела, но сильно занята, – моих губ коснулась улыбка. – Однако я знаю кое-кого, кто с удовольствием с вами поиграет. Идёмте, я вас с ней познакомлю.

Совсем скоро я шла с близнецами по коридору, держа в каждой руке по маленькой холодной ладошке. Когда мы остановились у нужной комнаты, Юми нахмурилась.

— Мне кажется, там с нами не захотят играть…

— Вы бывали здесь?

— Нет. Но нам говорили, что здесь живет женщина, которая никому не рада.

— Ну, давайте попробуем. Ючи, постучи, пожалуйста.

Я думаю, что на мой стук Хина не ответила бы. А вот если это сделает ребенок, возможно, она отреагирует.

Мальчик постучал, но какое-то время никто не открывал. Наверное, бедная женщина реагирует только на живых детей. Но ведь ребятам, которые вечно будут маленькими, особенно нужна мама.

— Я же говорила, – вздохнула Юми. – Получается, мы не поиграем?

Я уже расстроилась, но вдруг на тоненький голос девочки за дверью отозвались тихими шагами. Мы замерли. Через секунду дверной замок щелкнул, и опечаленная женщина выглянула в щель.

Сначала Хина хотела грустно закрыть дверь, едва увидела меня, но когда её взгляд упал на детей, она замерла.

Я тихонько сжала ручку Юми, и та взбудоражено произнесла:

— Мы… мы пришли поиграть в дочки-матери.

— И сыновья, – со вздохом отозвался её брат.