Это было последней каплей в трезвом самоконтроле Ноа и его жгучее желание выплеснулось через край. Он свирепо зарычал, впиваясь в мои губы яростным поцелуем, и обхватив меня за бедра, поднял вверх, я же только с нетерпением обхватила его ногами вокруг талии. Спустя пару секунд я лежала на столе, прижатая твердым телом Ноа, которое сводило меня с ума. С одной стороны от меня лежала стопка бумаг, но мне было не до них. Мои жадные пальцы потянулись к его рубашке и начали расстегивать крошечные белые пуговички. Мне нужно было чувствовать как его теплое, горячее, обнаженное тело прижимается ко мне. Я с силой выдернула рубашку из-за пояса и засунула под нее руки, пытаясь притянуть его тело еще ближе, еще сильнее ко мне.

— Я польщен тем, что ты выбрала меня, — прошептал Ноа, теплым дыханием лаская мою чувствительную кожу.

Упс…. Он подумал, что я два дня ждала, когда увижу его снова, чтобы заняться с ним сексом? Мило конечно, за исключением того, что это было не так. Сейчас не время и не место разуверять его в этом, но все же…. Скользнув пальцами по соскам Ноа, я начала играть с ними, пытаясь отвлечь моего мужчину, но Ноа не позволил мне уйти от этой темы. Он немного отстранился от меня и с серьезным видом спросил:

— У тебя с Зейном возникли проблемы?

Я подумала бы, что он действительно озабочен этим, если бы не намек на самодовольство в его голосе. Ноа ненавидел моего любовника-вампира. Больше всего он ненавидел делиться мной.

Вампиры и падшие ангелы ладили постольку поскольку, так как обойтись друг без друга вовсе они не могли. Оба были привязаны к смертным, когда их изгнали с Небес. Но в то время как Серимы надеялись в конце концов вернуть благосклонность Небес, то вампиры не стали дожидаться прощения и ступили на другой путь. Они продали свои души Люциферу в обмен на крылья и погрязли в пучине себялюбия и разврата.

Я спала с вампиром и у него была чертовски развращенная фантазия.

Так что, да. Серимы и вампиры не ладили. В добавок к этому, между Ноа и Зейном еще существовало какое-то странное напряжение — старое соперничество, которое они не хотят обсуждать со мной. И вот я застряла между ними. Оба хотели, чтобы я сделала свой выбор, но я отказалась.

Также как и сейчас. Я подняла подбородок, пытаясь дотянуться до лица моего падшего ангела, чтобы Ноа снова поцеловал меня.

— Ты действительно хочешь прямо сейчас говорить о Зейне?

Ноа посмотрел на меня испытывающим взглядом:

— Скажи мне, когда ты в последний раз видела Зейна?

Это было низко с его стороны. Ноа только что дал мне прямой приказ, поэтому я была вынуждена повиноваться ему. Я вздохнула, не в силах сопротивляться указу моего создателя.

— Несколько часов назад, он спал в моей постели.

Мой ответ быстро свел разговор на нет. Красивое лицо Ноа свела судорога гнева.

— Понятно.

Он начал отстраняться.

— Нет, ты не понимаешь. Ты никогда не понимаешь. Зачем тогда спрашивать, если не хочешь знать правду?

Честно говоря, это было глупо — перетягивать меня, словно канат, между собой. Они так страстно ненавидели друг друга, что иногда у меня возникала невеселая мысль, что им больше по душе борьба за меня, нежели я сама.

— Я думал, что мы сможем хранить верность друг другу.

Оппаньки, вот оно — слово на букву «В»… Я в шоке уставилась на него.

— Ноа, я суккуб….

— А я серим, — прервал он меня. — Это моя сущность — хотеть тебя только для себя. Я тот, кто я есть. А вампиры мои враги. И думать о том, что из моей кровати ты прыгаешь к нему…

Он не закончил предложение, а я не спешила продолжать этот тяжелый разговор.

Ну что я могла сказать? Вид Ноа погружался в сон с закатными лучами солнца и не просыпался следующие двенадцать часов до зари. А вампиры наоборот, спали в дневное время и просыпались только с наступление ночи.

Я же не спала вообще, существуя в обоих мирах. Мое мнение, что иметь в любовниках серима и вампира это самый идеальный вариант для суккуба. Хотя, судя по сердитому лицу Ноа, он мое мнение не разделял.

— Я не могу этого сделать, Джекки, — проговорил он, качая головой, как золотой сердитый лев. — Мы больше не можем продолжать играть в эти игры. Я не собираюсь больше закрывать на это глаза.

Что же получается — я не смогу спать с Ноа пока не буду ему верной, а значит, я не смогу больше спать с Зейном? Такую клятву я дать не могу.

Полный абзац! Я приподнялась на локтях, когда Ноа оторвался от меня, поправляя рубашку. Он избегал моего взгляда, но и не отодвинулся до конца. Он ждал моего ответа; ждал, что я скажу ему что-то, что он хочет услышать. Но я не собиралась ему потакать. Я тоже не двигалась с места.

Я вздохнула и нежно толкнула Ноа в плечо:

— Если мы не собираемся заниматься сексом, то пусти меня. Мне кажется, я лежу на степлере.

Он бросил на меня разочарованный взгляд и отстранился. В порядок нашу одежду мы приводили в полном молчании. Мое тело все еще пылало от неудовлетворенного желания ж, но движения Ноа были злыми и прерывистыми. Ему-то легко забыть о сексе — ведь сериму это нужно только раз в месяц.

Я постаралась проскользить руками по его рукам, когда он поправлял свой пиджак.

— Ноа, все хорошо?