Кольт поставил холодильник на откинутый борт кузова, потом повернулся и легким движением запястья ткнул бутылкой прямо мне в живот.

— Ты слишком одета.

Я посмотрела на свои обрезанные шорты и футболку и вдруг остро вспомнила, каким крошечным был купальник под ними. Я сделала глоток пива, позволяя холоду приглушить внезапный румянец.

— Купальник на мне, — сказала я, глядя мимо него, хотя его ухмылку было невозможно не заметить.

— Тогда сними остальное. — Он прислонился к борту, опираясь на край. Вся его поза была расслабленной, но во взгляде мелькала острота, от которой мне хотелось ерзать.

— Сниму. — Я замялась, перенося вес и снова посмотрела на шорты.

— Блэр, ты раньше плавала в этом озере в одном белье. И теперь ты стесняешься? — Он ухмыльнулся, и на щеках появились ямочки.

— Блэр! Иди сюда! — раздался голос Руби с озера. Она все еще была на круге, теперь стояла на коленях и размахивала руками, подзывая меня. — Нам надо утопить дядю Коя!

Взгляд Кольта метнулся к воде и вернулся ко мне.

— Видишь? Ты нужна в озере.

Я закатила глаза, но это, похоже, только сделало его улыбку шире. Он ждал, балансируя бутылкой у бедра, и смотрел на меня с веселым интересом, который лез под кожу.

— Иду! — крикнула я Руби, полностью игнорируя Кольта, и постаралась даже не смотреть в его сторону, потянувшись к пуговице на шортах.

Он заметил мою заминку и наклонился ближе, понизив голос еще сильнее.

— Помочь? Я с радостью окажу содействие. — Его взгляд скользнул к поясу моих шорт, прежде чем он сделал еще один медленный глоток пива.

У меня затрепетало в животе, когда я встала перед ним, и я смотрела куда угодно, только не на него, ставя свою бутылку рядом на борт кузова.

— Сама справлюсь, — пробормотала я, засовывая большие пальцы за пояс обрезанных шорт. Пришлось немного повертеться, чтобы стянуть их с бедер, пока Кольт просто стоял, явно забавляясь.

Когда шорты сползли, исчезло и последнее хрупкое притворство, будто я не чувствую его взгляда. День был влажный, и воздух скользнул по моим голым ногам. Я старалась сосредоточиться на чем угодно, только не на Кольте, но он делал это почти невозможным. Он без всякого стеснения следил за каждым движением, чуть наклонив голову, с едва заметной улыбкой, словно смотрел представление, предназначенное только для него.

Я рванула футболку вверх через голову, скомкала одежду в руках и метнула прямо ему в грудь.

Он поймал все одной рукой и рассмеялся — так искренне, черт возьми, — прижимая мой спутанный ком одежды к боку, будто это был трофей. Он даже не пытался скрыть, как его взгляд медленно скользит по мне. Его глаза жгли каждый сантиметр, задерживались на изгибе бедра, на впадинке талии, пока не остановились там, где верх купальника едва меня удерживал. Жар его взгляда разжег что-то низко в животе, и мне пришлось сжать бедра, чтобы унять ноющую тяжесть.

Его взгляд опустился к этому движению, и я увидела, как дернулось его горло, когда он сглотнул.

— Доволен? — Я скрестила руки, что только приподняло грудь выше, натягивая светло-голубую ткань, и его взгляд тут же потемнел.

— Очень, — сказал он. Его голос стал грубее, и это слово будто скользнуло по моей коже. Как он умудрялся делать такое невинное слово таким грязным?

Я потянулась за пивом рядом с ним. Сделала это не спеша, позволив голой коже живота скользнуть по его предплечью. Под моим прикосновением мышцы дернулись, и резкий вдох, который он не удержал, только подстегнул меня. Он не двигался, но напряжение исходило от него волнами.

Я выпрямилась и поднесла бутылку к губам. Сделала долгий глоток, проглотила и провела языком по нижней губе. Его взгляд жег меня все это время, и хотя солнце припекало плечи, а вокруг звенел смех Руби, все это меркло перед вниманием Кольта.

Его пальцы сжались вокруг своей бутылки, потом он поднял другую руку и провел пальцами по этим чертовым усам, и эффект был таким оглушительным, что я едва не уронила пиво.

— Приятно видеть, что ты и правда не растерял кубики. — Я указала горлышком бутылки на его живот, который почему-то был куда более рельефным, чем в восемнадцать лет.

— Ты правда за это переживала, да? — Он ухмыльнулся, приподняв бровь.

— С такими усами без кубиков нельзя. — Я покачала головой. — Это математика для начальных классов. Усы есть, кубиков нет — жутко. А эти усы, с вот этими… — Я снова опустила взгляд к его животу и, господи, насколько же глубоки были эти линии, исчезающие под шортами.

— Тогда я кто? — От звука его голоса мой взгляд резко метнулся вверх, к его глазам, но я только покачала головой. Ни за что на свете я не собиралась заканчивать эту мысль. Я пыталась шутить, но почему он должен быть таким горячим?

— Никто.

— Ты смотришь на меня не как на «никто». — Он поддразнил, наблюдая за мной, и мне казалось, что я вот-вот выскочу из собственной кожи.

— Я не это имела в виду.