— Знаешь, — произнёс магистр Кварх, повернувшись в мою сторону, — мне иногда становится страшно. И знаешь, почему?

— Почему? — полюбопытствовал я.

— Я не понимаю твоих мотивов, — слова дяди заставили вытянуться моё лицо в удивлении. Он не понимает моих мотивов? Ну надо же! Как и я твоих!

— Ладно – я, с меня взять нечего, но ты? — продолжил мессир Кварх, в упор глядя на меня. — Зачем она тебе? Я ведь правильно понял, что ты положил на неё глаз?

— Возможно, но тебя это не касается, — сказал, как отрезал.

Я не любил, чтобы все, кому не лень, даже если это мой родной дядя, лезли ко мне в душу, пытаясь учить меня жить.

— Она и так будет наша. С её-то биографией ей больше некуда податься.

— Тогда с чего эти разговоры? — спросил я, не зная, ответит он на мой вопрос или нет. С него станется. Только для себя я решил чётко: девчонку ему не отдам.

— С того, что с женщиной лучше работать в двух случаях: если она влюблена в тебя без памяти и ты отвечаешь ей взаимностью, либо если ты вообще не имеешь с ней никаких отношений, кроме служебных.

— Не вижу препятствий к сотрудничеству, — направил всю свою мощь, которая так и бурлила во мне, в сторону мужчины.

— Сайлос, пойми, — взлохматил магистр пятерней свои волосы, — нам не нужна влюбленность этой девчонки, нам нужен холодный расчет. Ненависти нам и так хватает. А ты наиграешься с ней – и бросишь.

— Может, и не брошу. Мне она нравится. Я её определю в гарем, — закинул я удочку, чтобы посмотреть на реакцию дяди.

— В гарем?! Сайлос, одумайся! — О! Реакция та, что надо.

В гареме тебе, дядюшка, девчонку не достать. Значит, оставим на будущее это как один из вариантов, как спрятать человечку.

— Ты имеешь что-то против?

— Пообщавшись с ней, я понял, что она не из простых. Она не будет ждать от тебя подачек. Она не будет играть роль твоей наложницы.

— А у неё выбора не будет.

Я смотрел на своего дядю и не понимал: чего он хочет, в конце концов? Переводит стрелки с интересующей меня темы о брате в сторону. Да, я пока не решил, что буду делать с девчонкой. Но знаю одно — мне она понравилась, даже несмотря на то, что он человек. Раньше я бы в её сторону и не взглянул. Но если учесть, при каких обстоятельствах я с ней познакомился…

Я уже давно вышел из того возраста, когда мне нравилось, что на мне виснут и требуют внимания все особи женского пола поголовно. Сейчас мне наоборот было противно, когда на меня вешалась каждая первая встречная девица. Естественно, всем хотелось заполнить нишу в моем окружении. Только я эту нишу собирался заполнить сам. Эта девчонка мне приглянулась тем, что с первых минут отшила меня. Мне нравится охота, а эта дичь с такой заманчивой попкой пыталась от меня убежать.

Но не это самое главное. Там, в столовой, я отчетливо почувствовал её запах. Она пахла свежестью и чем-то фруктовым. Сегодня, едва я вошёл в столовую, мой нос сразу отреагировал на знакомый аромат. Встав около дверей, я стал искать взглядом фигурку девушки – и нашёл. Она сидела с Теей. Это сейчас я спокойно реагирую на это, но, когда увидел с кем она сидит, разозлился. Только этой пигалицы здесь не хватало.

Прямой наводкой двинулся к намеченной цели, но на пути столкнулся с Кати. Пока разбирался с её заигрываниями, упустил человечку. Естественно, Тея не выдала свою приятельницу, но мне это было и не нужно. Хоть я девчонку и не видел, но почувствовал, что она сидела там, под столом. Её родной запах перекликался с запахом страха. А это было всё равно, что запустить сигнальную ракету, оповещая о своем местонахождении. Да, и ещё – отчётливый грохот, который издавало её сердце, сжимаясь и разжимаясь в ускоренном темпе, гоняя адреналин в крови. Хочешь не хочешь, а услышишь.

Я не стал выдергивать её из укрытия, пусть думает, что спряталась от меня. Даже сейчас я сидел и улыбался, как мальчишка. Будет интересно заманить её к себе в сети. И фигурка у неё, как для человечки, так очень даже ничего. Вспомнив, как прижался к ней своим телом в коридоре, понял, что не удосужился сегодня поддаться потребностям своего организма. Мне в первый раз не захотелось идти в бордель. Не знаю почему, но я хочу эту девчонку в своё личное пользование, даже не принимая во внимание тот факт, что она человек. Вот Сейм обхохочется, когда узнает. Он всегда считал меня снобом. Ему нравились человеческие женщины — мне нет. Но это всё потом, а сейчас дела.

— Может хватит обсуждать мою жизнь, лучше ответь на мой ранее поставленный вопрос, — поторопил я дядю.

— Какой?

— Почему мой брат находится в чёртовом логове?

— Он убил одну из адепток, — с показным спокойствием ответил декан.

— Как?! Почему об этом никто не знает?! А как же Совет?

— Я её оживил, правда, с трудом. Поэтому никто не знает.

— И где она? Эта адептка?

— Учится, как ни в чём не бывало, и не ведает об этом, так как ничего не помнит.

— И кто она?

— Та, которая подслушивала сейчас под дверью.