Не знаю, какая неведомая сила связала меня и эту несчастную девушку, Эолу. Но теперь я уверена — это мой новый мир. Моя новая, чужая, проклятая жизнь.

— …мы всего лишь выполняли приказ его светлости, — доносится до меня голос Агнессы, вырывая из оцепенения.

Я моргаю, возвращаясь в реальность. В эту теплую, пахнущую ладаном келью, которая страшнее любой стерильной операционной.

Настоятельница смотрит на меня, и на ее лице — маска скорби и сочувствия. Она смотрит на меня с выражением такого кроткого, такого жалостливого сочувствия, что хочется аплодировать ее актерскому таланту.

— Герцог Джаред Моран — человек суровый, дитя мое. Мы не смеем ослушаться его приказов.

Агнесса пытается свалить всю вину на герцога, выставить себя лишь смиренной исполнительницей чужой воли. Вот только, я ей не верю ни на грош.

— А сейчас… сейчас его светлость, кажется, и вовсе лишился остатков милосердия, — продолжает она своим ангельским голоском, качая головой и горестно вздыхая. — Он передал новый приказ. Если и сегодня ты не расскажешь свою тайну… то, что он хочет знать… то монастырю придется… избавить тебя от страданий. Раз и навсегда.

От ее слов меня прошибает ледяной пот.

Я просто в шоке… от ее наглой, беспардонной лжи!

Все было не так! Я сама слышала!

Герцог говорил про «несчастный случай», без конкретных условий и деталей.

А эта ведьма переиначивает все так, будто у нее есть прямой приказ казнить меня сегодня же ночью!

Зачем она так торопится? Что она задумала?

***

Дорогие читатели!

Обратите внимание на новую книгу нашего моба:

Мария Минц "Леди-доктор. С драконами одни проблемы!"

8. Глава 6

Агнесса продолжает свой отвратительный спектакль.

Она горестно вздыхает, прикрывая глаза, словно ей невыносимо больно даже говорить об этом.

— Мне так жаль, дитя мое, так жаль. Я умоляла его светлость одуматься, просила дать тебе еще один шанс… Но он был непреклонен.

Очередная ложь.

Ядовитая, как ягоды белладонны, которые я сегодня припрятала в кармане.

Я почти вижу, как она подобострастно семенила за герцогом, поддакивая каждому его жестокому слову.

Умоляла она. Конечно. Небось, предложила ему сразу придушить меня подушкой, чтобы не тратиться на веревку.

— Но, — она подается вперед, понижая голос до заговорщического шепота, и ее глазки-бусинки впиваются в меня, — хоть герцог и отказался менять свое решение, я не могу просто так отдать невинную душу на заклание. Я предлагаю тебе выход, Эола.

Я уже чувствую подвох. Бесплатный сыр, как известно, бывает только в мышеловке.

— Какой? — спрашиваю я, стараясь, чтобы голос звучал с надеждой, а не с подозрением.

Агнесса улыбается ласково, как змея, подползающая к своей жертве.

— Все очень просто, Эола. Расскажи мне то, что ты скрываешь от него. Ту тайну о его слабости, которую знаешь только ты. Доверься мне. А я, клянусь перед ликом Всематери, укрою тебя под своей защитой.

Слабость? Я на мгновение теряюсь.

Слабость герцога Джареда? У этого психопата?

Если не считать нарциссическое расстройство личности и беспричинную агрессию, то он здоров как бык. Хотя, скорее всего, Агнесса имеет в виду не медицинский диагноз. Она говорит о каком-то рычаге давления.

А вот слова про защиту… они звучат еще более абсурдно.

Я осторожно пробую почву, не выходя из роли напуганной девушки.

— Но, матушка… как… вы сможете защитить меня от… него? Он ведь такой могущественный…

Агнесса вся светится от радости. Она уже уверена, что я на крючке.

— Не беспокойся, дитя! — щебечет она. — Я сделаю так, что его светлость навсегда забудет о твоем существовании. Ты будешь жить здесь, в обители, под моим личным покровительством. Я выделю тебе хорошую, теплую комнату, как у меня. Тебе больше никогда не придется таскать ведра с водой или полоть грядки. Ты будешь жить в покое и смирении до конца своих дней.

И в этот момент я понимаю все.

Весь ее грязный, примитивный план становится ясен, как на рентгеновском снимке. Это даже не ложь.

Это оскорбительно плохая ложь.

Если бы она предложила мне помощь в побеге, подкуп стражи, что угодно, я бы, может, и засомневалась. Это было бы рискованно, но логично. Но это… это полный абсурд.

Комната, как у нее? Жить в покое до конца дней?

Зачем ей, настоятельнице, прятать в своем монастыре, который существует на пожертвования герцога, его жену, знающую о нем нечто компрометирующее?

Ответ очевиден — незачем.

Ей нужна тайна. Секрет о «слабости» герцога.

И как только она его получит, я из ценного источника информации превращусь в опасного свидетеля, которого нужно немедленно устранить.

Мой «несчастный случай» произойдет сразу же, как только я выложу ей все, что она хочет знать.