— Я уже говорил, что не хотел причинить тебе боль, Вероника, потому что ничего, кроме одной ночи отменного траха, не мог тебе предложить на тот момент. А тебе ведь этого мало.

Мало.

Я покраснела как рак от его слов.

— И все же ты передумал. Почему?

Он немного подумал, прежде чем сказать:

— Когда я увидел тебя в объятьях Миронова… то, как он тебя лапал...

— Он меня не лапал, — возмущенно сказала я.

— ...он тебя лапал самым бесстыдным образом, и ты получала от этого удовольствие, — парировал он безапелляционным тоном.

— Все было иначе, — сдавленно прошептала я.

— Забудем об этом.

— Ты просто ревнуешь!

— Я не скрываю этого. И именно поэтому я передумал. У меня крышу снесло лишь от одной мысли о том, что ты достанешься ему.

Эм-м.

— Закрой рот, Вероника, — вздохнул он. — Еще вопросы?

— Да.

— Валяй.

От его последних слов, повергших меня в ступор, все мои мысли вылетели из головы, как пробка из бутылки шампанского.

Соберись, Вероника.

— Что с Мироновым?

— А что с ним?

— Ты с ним уже поговорил?

— Поговорил, — сказал он, не глядя мне в глаза.

О Боже!

— Ты его уволил?!

— С чего ты взяла?

— Ну-у-у... не знаю.

— Я не буду увольнять компетентного работника из-за женщины.

Его слова словно нож прошлись по моему сердцу. Я, конечно же, не хотела, чтобы из-за меня у Сергея были проблемы, но резкие слова Огнева показали его истинную позицию по отношению ко мне.

Я всего лишь женщина, с которой он был бы не прочь приятно проводить время. В постели.

Мне стало безумно обидно и горько.

— Вероника, — начал он примирительным тоном, — если бы я его уволил, это бы было не по-мужски и мелочно, ты не находишь?

— Наверное, ты прав.

— Я прав, и ты прекрасно это понимаешь, ты ведь неглупая девочка, — сказал он мягко. — Что еще ты бы хотела обсудить?

— Если я все-таки приму твое предложение...

— «Если»? Я думал, ты его уже приняла.

— Еще нет.

Он не пытался скрыть свою улыбку.

— Так вот, если я все-таки соглашусь и мы начнем... встречаться, наши отношения станут достоянием гласности?

— Мы не будем их афишировать, но и скрывать не будем. Тебя устраивает такой ответ?

— Если честно, я бы не хотела, чтобы кто-то на работе узнал, что мы встречаемся.

Он кивнул.

— Я тебя понимаю. Но в таком случае мы должны скрывать их везде, не только на работе. Не знаю, насколько это реально.

— Мы можем хотя бы попробовать.

— Мы попробуем.

— Спасибо.

— Не за что, — хмыкнул он, как-то странно на меня посмотрев.

— Что?

— Любая бы на твоем месте стала всеми мыслимыми и немыслимыми способами афишировать связь со мной.

Я пожала плечами и пригубила немного вина. Остался еще один вопрос, который не давал мне покоя.

— Продолжай, Вероника.

— Что станет со мной после?

— Поясни?

— Когда нашим отношением придет конец, что станет со мной?

Его лицо лишилось мягкости, черты снова стали резкими. Обычное огневское выражение.

— Скажи конкретно, что ты имеешь в виду, — сказал он холодным тоном. — Хочешь кругленькую сумму на своём банковском счету в виде, скажем так, компенсации? Или, может быть, машину, квартиру?

Боже, как больно! Словно кто-то с размаху дал кулаком в живот.

— Пожалуйста, возьми свои слова обратно, — прошептала я, не пытаясь скрыть обиду в голосе.

— Скажи конкретно, что ты имеешь в виду, — повторил он.

— И смени тон, пожалуйста.

— Вероника, черт возьми...

— Я имела в виду работу, — тихо сказала я, — понимаешь? Работу! Я бы не хотела потерять ее только из-за того, что мы не будем больше вместе! Не нужны мне твои деньги, — я перевела дыхание. — Мне нужен только ты! — в отчаянии прошептала я, вставая.

— Сядь на место.

Я замерла и взглянула на Огнева. Он сидел, откинувшись на спинку стула. Такой спокойный и отчужденный. Глядя на него, я вдруг поняла, что его расслабленная поза — лишь обман моего зрения. Он не даст мне сделать ни единого шага, если я захочу уйти. Маленький кролик под пристальным взглядом огромного удава.

— Наверное, ты был прав, — тихо сказала я. — У нас ничего не получится. Мы слишком разные и не понимаем друг друга. Одно твое слово способно причинить мне невыносимую боль. А я не хочу больше страдать.

Он молча продолжал непрерывно на меня смотреть. Я не знала, куда деться от его взгляда.

— Я отвезу тебя домой, — наконец сказал он.

Я кивнула и опустила голову, сильно прикусив щеку, чтобы не расплакаться. Он даже не пытался меня переубедить. Я совсем ему безразлична. Наверное, он не так уж и сильно меня хочет, раз с такой легкостью отпускает. От этой мысли стало еще горше на душе.

— А теперь сядь за стол и доешь.

— Я не хочу больше есть.

— Пожалуйста, Вероника.