Вновь отворачиваюсь к окну после длинной Бестужевской речи и желание разреветься вновь возвращается. Вот как у него получается говорить так, что у меня пропадает способность говорить и вообще мыслить? Вновь чувствую себя каким-то нашкодившим ребенком.  

- Соня?

- Я тебя услышала.

- Это хорошо, что услышала. Другие не умели, это что ты имела в виду?

- Ты о чем вообще? - устремляю на него взгляд.

- Ты сказала, дословно не помню, что ты говорить умела, а другие – нет. Перед тем как, сказала про насилие. О чем ты говорила?

- Я такого не говорила. Хватит выдумывать чушь, - грубо бросаю я, в очередной раз отворачиваясь к окну.

Хватаюсь за цепочку из-за внезапного ощущения, что она меня душит. На самом деле она действительно перекрутилась, мне не показалось. Перекручиваю ее, хватаясь зачем-то за крестик. С головой у меня все же не все в порядке, я реально не помню, как сказала это Бестужеву. И ведь вырвалось как-то. Становится не по себе от дурацких воспоминаний и ощущения мерзости. А еще дико не по себе от того, что я ощущаю на себе прожигающий взгляд Глеба.

- Мы скоро поедем? - резко поворачиваюсь к Глебу.

- Уже, - не знаю как, но спустя несколько секунд на водительское место вернулся тот самый Олег и мы тронулись с места.

Проклятые мысли заполняют и без того разрывающуюся голову. А чувство вины за Варю разъедает. Не знаю за что ухватиться. Беру мобильник и, недолго думая, набираю ей сообщение.

«Прости, что подставила тебя. Я тебя верну и буду дальше доставать:) А если вдруг c моей головой все окажется хорошо – поедем вместе в Москву. Я без тебя не уеду. Сейчас я включу все свое обаяние и Бестужев растает. Не обижайся на меня, пожалуйста. Я все исправлю»

«Не обижаюсь. И не надо включать все свое обаяние, Соня. Думаю сейчас не время. Он действительно зол»

Зол, не зол, да какая разница, когда у тебя есть… грудь. Не знаю почему мне вдруг вспомнились слова Марты, что надо пользоваться тем, что дала природа. Всем можно, а мне почему нельзя? Хотя в принципе остается вариант, что Глеб просто так вернет Варю.

Глава 43

                                                     Глава 43

- Не увольняй, пожалуйста, Варю, - наимилейшим голосом произношу я, повернувшись к Глебу.

- Неправильная формулировка. Я ее уже уволил.

- Ну хорошо, верни ее.

- Нет, - ничуть не задумываясь, уверенно бросает Глеб, при этом не смотрит на меня.

- Ну, пожалуйста, Глеб, - прошу я, положив ладонь на его руку. Кажется, удивилась не только я, но и Глеб. - Она же действовала по моей просьбе.

- Это не играет никакой роли. Она не выполняет то, что я прошу.

- Как это не выполняет? А разве не она тебе сообщила где мы?

- Конечно, после того как я чуть не посадил ей телефон.

- Ну вот. Она лучший работник. И тебе помогает, и мне. На два, так сказать, фронта работает. Не успевает просто понять кого надо слушаться, чтобы не получить люлей.

- Она уволена. И точка, - безапелляционно бросает Бестужев. 

- Ну, пожалуйста, Глеб.

- Я сказал – нет, - сказал, не сказал, а руку мою не убирает.

- А если я сейчас сниму лифчик и покажу грудь, ты не уволишь Варю?

- Ты серьезно? - наконец поворачивает на меня голову.

- Да, - осторожно отвечаю я.

- И перед многими ты снимала лифчик?

- Ни перед кем. Ты будешь первым.

- Мне не семнадцать, чтобы вестись на такое предложение, - жестко произносит Глеб, убирая мою руку.

- Но ведь ты призадумался.

- Призадумался о том, что у тебя действительно что-то с головой, раз ты с легкостью можешь снять лифчик при моем водителе.

- Я не собиралась это делать при нем, - обиженно бросаю я и тут же понимаю, что надо что-то менять. - Ладно, что мне надо сделать, чтобы Варя осталась?

- Слушаться меня.

- Она будет слушаться.

- Спишем твое тугодумство на хронический стресс из-за повышенной мнительности и придумыванием себе болячек. Меня должна слушаться ты. И доверять. И говорить.

- Хорошо.

- Что хорошо?

- Я буду тебя слушаться и доверять. Только не увольняй ее, пожалуйста. У меня кроме нее никого нет. Ну, из женского пола, - быстро поправлюсь я. Молчит. И опять не смотрит на меня. - Глеб?

- Я подумаю.

- А долго? Думать в смысле будешь. У Вари нет здесь жилья. Вдруг она соберется уже к нашему приезду.

- Значит распакуется, - спокойно отвечает Глеб, переводя на меня взгляд. - Забудь о Варе. И думай о себе. А если хочешь со мной поговорить, то я тебе задал вопрос, на который не получил ответа.

И не получишь. Хотелось сказать это вслух, но вовремя смолчала.

Все оставшееся время до клиники мы проехали молча. 

                                                          ***

Хотела бы я обладать такой же стойкостью и уверенностью, как Бестужев. Он, в отличие от меня, спокоен. У меня же перед дверью с табличкой МРТ заплясали руки. Я напоминаю себе эпилептика. Ну или просто припадочную истеричку.