- Агиров очень влиятельный человек в городе... - начала я, но наткнулась на насмешливый взгляд Тайгира.

- Ну, вот пусть у себя дома и влияет. Наша семья, конечно, куда проще, чем Агировы, но за себя постоять в состоянии. - Подмигнул мне брат.

Не зная, куда себя деть от волнения, я пошла на кухню. Универсальный способ сбросить нервное напряжение и злость. И скрыть слёзы. Лук превращался в мелкое крошево под ножом. Три килограмма куриных сердечек отмокали в раковине. Арлану очень нравился этот салат, и я каждый раз после очередной поездки на процедуры, старалась приготовить что-то именно для него. Сейчас я даже очень порадовалась, что сегодня успела пообещать салат из сердца, лука и грибов, а не десерт какой-нибудь.

- И какую часть Агирова ты сейчас мысленно шинкуешь? - спросил зашедший на кухню Амиран.

- С чего ты взял...

- Ты свое выражение лица видела? - перебил он меня, улыбаясь при этом. - Не переживай. Лично выставил его за ворота и дверь закрыл.

- Чего он хотел? - всё-таки спрашиваю у Амирана.

- Узнать, где похоронена жена. Сказал, что собирался достойно похоронить. - Амиран открыл окно, потому что на кухне слишком сильно пахло луком. - А когда тебя увидел живой и здоровой, хотел поговорить.

- Боюсь мне нечего ему сказать. - На самом деле есть, но смысл в этих упрёках?

- Думаю я достаточно понятно ему объяснил, что здесь ему ловить нечего и появляться не за чем. В любом случае, охрана на чеку. - Успокаивает меня Амиран.

Следующие дни проходят спокойно. Агиров не мелькает поблизости, не пытается приехать. Последняя процедура Арлана перед двухнедельным перерывом между курсами прошла хорошо. Амиран сказал, что раз Агиров уже в курсе, что я жива, то можно больше не прятаться. И можно будет после приема у Алины Андреевны, на который я ездила раз в неделю в обязательном порядке, поехать к Зарине и тёте Наргиз, чтобы успокоить, и чтобы они меня не теряли.

В медицинском центре меня уже ждали, приезжала я пока без опозданий. Администратор вышла встречать чуть ли не на улицу.

- У Алины Андреевны сегодня такой сложный день, еле успеваем. Пройдёмте в смотровую. Нужно будет немного подождать, вы не против? - быстро объясняла она.

- Конечно, нет, я подожду ничего страшного. - Успокаивала я сотрудницу.

Врач обычно принимала меня в своем кабинете и осматривала там же. Но пару раз, из-за вот таких авральных дней, проводила осмотр в прямом смысле между родами здесь, в смотровом кабинете. Иногда задерживалась. Я не капризничала и не возмущалась. В конце концов, я могу подождать, а там от присутствия врача зависит очень многое.

 Поэтому и сейчас не увидела в ситуации ничего не обычного или страшного. Я стояла, облокотившись плечом на стену, и ждала, когда подойдёт Алина Андреевна, когда неожиданно почувствовала, что меня обнимают со спины и прижимают к себе, одной рукой несильно зажимая рот, а второй закрывая живот.

Даже испугаться не успела, как почувствовала его запах. Вот как можно настолько привязаться к мужику, что даже после всего скотства с его стороны, его личный запах по-прежнему приятен?

 Сказать ничего не могу. Агиров как начинает говорить у смотровой, так и не прекращает до самой машины. Только меня сильно настораживает его состояние. Дышит часто, тяжело, как после бега. Руки чуть ли не дрожат, глаза блестят, словно у него температура.

 В машине сразу отодвигаюсь от него, как можно дальше, и пытаюсь узнать, что происходит. Ступор от услышанного быстро проходит. И я понимаю, что это не шутка. Сабир Агиров действительно собрался второй раз жениться. И опять на мне. И опять не поинтересовавшись моим мнением.

- Через край навязчивый, я бы сказала. - Отвечаю Владу. - А теперь верните меня обратно. У меня приём у врача. И времени на участие в ваших спектаклях нет. Тем более, если я не приду вовремя, Алина Андреевна начнет волноваться и звонить, где я и почему не пришла.

- Кира, солнышко моё, послушай меня, пожалуйста... - начинает Агиров, но у меня желания его слушать нет совсем, и ласковые слова в его исполнении только злят до бешенства.

- Я не солнышко, уж точно не твоё, и слушать не собираюсь. Хватит. Я уже послушала, полтора месяца назад. И от тебя, и от твоей матери. Мне на всю жизнь хватит. - Понимаю, что бабушки, всегда считавшие, что крик и истерика не красят ни одну женщину, и вообще не сочетаются с женским достоинством, сейчас были бы в шоке от моего поведения, но видят боги, он это всё заслужил. - Я не претендую ни на что, что бы тебе принадлежало, не строю козней, не сливаю информацию о твоём холдинге. Я не требую экспертизы и признания ребёнка! Сохраните боги от такой дури! Никто не собирается требовать денег на содержание или твою фамилию новорожденному. Сама прекрасно справлюсь с воспитанием. Так чего ты никак не уймёшься? Оставь меня в покое.