Народ засуетился. Первыми к прилавку подскочили дети, протягивая ручонки к улыбающейся женщине. Девушки же поспешили скрыться среди толпы. До вечера они бродили по Белокаменной, рассматривали привезенные товары, отдыхали под раскидистыми деревьями, перекусывая свежими мясными пирожками и запивая все терпким кваском. И было бы Лане совсем хорошо, если бы довелось с Яром хоть одним словом перекинуться. Но как бы она не высматривала среди толпы его высокой, темной фигуры – оборотень как сквозь землю провалился. Это заставляло ее тяжко вздыхать и беспокоится с каждым часом все более. Почему он не шел к ней? Что опять случилось? Грай уже десяток раз свою избранницу куда-то сманивал, Дивлян тоже рядом похаживал, а Яр... Его будто на празднике и не было. К вечеру княжна совершенно издергалась и не хотела уже того праздника. Да  вообще ничего. Только ради Смешки и Любавы пошла на вечерние песни-танцы.

Глава 12

Игрища проходили в стороне от поселка. Местом была выбрана небольшая полянка, окруженная с трех сторон стройными березами. А с четвертой, на пологом взгорке, раскинулся кряжистый красавец-дуб. Около него то и собирались девушки, решившие песней очаровать приглянувшегося жениха.

- Не трясись, Любавушка, - напутствовала девушку Смешка, уверенно направляясь в сторону взгорка, - твой голосок – нежнее утреннего ветерка. Все женихи уши развесят, не сомневайся.

Девушка лишь вздохнула – ей всего-то один нужен был. Лана же к своему стыду не находила в себе правильных слов, чтобы поддержать подругу. И так на душе кошки скребли, а уж когда недалеко мелькнула знакомая крутобедрая фигура Златы, княжна и вовсе расстроилась.

- Ишь ты, и Златка тут, - будто прочла ее мысли Смешка, - Все же решила на охоту выйти, хищница облезлая…

Хищница тем временем царственной походкой прошлась по взгорку, выбирая себе местечко. Огляделась и, заметив их троицу, недобро сощурилась, презрительно скривив алые губы.

- Чтоб ты жука проглотила, - прошептала ей пожелание Смешка, - Иди, Любавушка, начнут скоро.

Девушка поспешила к собравшимся певуньям, а Лана со Смешкой устроились сбоку, у самых березок, оставляя места получше для мужчин.  Те старались  подобраться ближе, с интересом поглядывая на перешептывающихся девушек. Сквозь неровный гомон толпы, как росток сквозь рыхлую землю, пробился первый звук занимающейся песни.

Все вокруг разом смолкли и обратили свой взор на певуний. А их голоса с каждым мигом становились все звонче и полнее. Вспыхивали, словно искорки, выплетали словами-переливами дивные образы, заставляя сердце то трепыхаться, то сладко замирать.

Никогда княжна не слыхала столь дивного пения. А голоса девушек становились все ласковей и протяжнее, будто бы звали за собой, обещая любовь и счастье. Песня ширилась, разливалась над поляной полноводной рекой, топила в себе все печали и горести, как вдруг – замерла, словно оборвалась. Княжне почудилось, что ее будто из теплой постели на зимнюю стужу выставили. Как так? А еще?! Не успела она наслушаться!

Мужчины тоже встрепенулись. На обманщиц-певуний посыпались призывные речи.  Девушки игриво склоняли головы, выслушивая лестные слова, но идти на уступки не спешили.

- Ишь, как скулят, - завистливо выдохнула Смешка, оглядывая усердствующий мужчин, - ну ничего, скоро танцы пойдут. Уж я там покрасуюсь…

Лана печально вздохнула. Нет, петь и танцевать она, конечно, умела, да только и далеко не так хорошо. Таких бы мастериц – да на княжий пир, гости бы не то что про еду, про хмельное забыли.

И вновь ей вспомнился отчий терем. Воятка и Ратимир, сестренки ее маленькие. И матушка… Не увидеть ей богатства свадебного наряда, не порадоваться, не восхитится, силой и щедростью будущего мужа своей дочери. Который весь праздник и носа не кажет. Где пропадает и… с кем? Девушки продолжили петь, но княжне теперь было не до развлечения.  Не праздник - одно расстройство. Вот дождется танцев, посмотрит на Смешку и в терем вернется. Нечего ей тут делать.

Наконец девушки закончили свое выступление. Не успели слушающие отдать дары понравившимся красавицам, как над поляной раздался зычный мужской окрик. Смешка охнула и перехватила княжну за руку. Потащила от взгорка в другую сторону.

- Мужчины на борьбу собираются, - пояснила она, - пойдем скорее, а то потом не протолкнемся.

- А Любава, - постаралась выкрутиться княжна. Идти туда не хотелось.

- С Дивляном она,  не беспокойся.

Место для борьбы они увидели сразу. Волчий народ обступил небольшую лужайку, примыкающую боком к густым зарослям подлеска. Желающие померяться силой собрались тут же. Рядом с ними княжна заметила старшего из стражи Всемира. Мужчина что-то втолковывал тихим, серьезным голосом. Его слушали внимательно, иногда согласно кивая сказанным словам.

- Наставляет тех, кто впервые пробует себя в борьбе, - в полголоса пояснила Смешка, - главное для волков - за горло не хватать, а кто человеком решил кулаки почесать – голову не трогать. Не очень радостно оставшиеся дни с опухшей рожей красоваться.