Это не каждая женщина выдержит. А теперь она хоть мир посмотрит, пусть и в рамках нашей необъятной страны.

Фирма, в которой трудилась мама, занималась поставками грузовой техники. Её туда, по знакомству, приняли курьером на полставки. После смерти отца оказалось, что она умеет быть только отличной матерью, женой и домохозяйкой. Спустя полгода её повысили до разносчицы кофе в огромном офисе с сотней сотрудников. Год спустя, когда старинный друг отца уволил шестую секретаршу, он взял Синицыну-старшую. И что было удивительно, остался ею доволен, в том смысле, что не бросался больше чашками и не штрафовал на половину зарплаты.

– Заместитель руководителя, а, как звучит?

– Мама, я так за тебя рада, – широко и искренне улыбнулась я, чувствуя вину за то, что так редко общалась с ней, зацикленная на себе и проблемах в коллективе. 

Я крепко обняла маму и прижалась губами к надушенной щеке.

– Значит, у вас сегодня самолёт?

Глава 9.1

– Да, меня подвёз водитель шефа, Николай.

К моему удивлению, она слегка, почти незаметно, залилась краской.

Я сжала губы, скрывая рвущуюся улыбку. Если мама нашла не только работу, то это вдвойне хорошо. Носить траур по мужу в течение восьми лет, конечно, очень благопристойно, но по моему собственному мнению – перебор.

 Хотя Марк с Кириллом очень гордились матерью, единственной верной женщиной в мире, как они считали.

– А Марк с Кирой придут?

– У них сборы назначили. Готовятся. Ты же понимаешь, как для них это важно.

Я знала, что даже будь у них свободное время, потрачено оно было бы не на поход сюда. Как ни печально, но пару лет назад братья резко отдалились от меня. Их было двое, общие интересы, друзья, а у меня… 

У меня был балет. Ну и Веселов.

Только подумав о лучшем друге, я увидела его, околачивающегося возле входа. 

Артур стоял, почесывая затылок, не имея намерений прервать наш разговор. 

Одет он был, как всегда, по-молодёжному стильно. Коричневая кожаная куртка, светлые облегающие джинсы и черная водолазка, подчёркивающая его атлетическую фигуру.

На него заглядывались многие, но я не ощущала ни капли трепета от его внешности или касаний во время репетиций и выступлений.

Веселов стоял, покачиваясь на стопах, и держа в руках кулёк с моими любимыми жёлтыми яблоками. Помимо этого, ещё успевал перемигиваться с девушкой из кафетерия. 

Очевидно, парень решил не рисковать улыбаться красивым пациенткам или их родственникам. Он был мнительным по любому поводу, если это касалось его здоровья. «Наше тело – храм», часто говаривал он, с отвращением наблюдая за курящими или поглощающими фастфуд людьми. 

Правда, это не мешало ему баловаться алкоголем.

Заметив, куда я обратила взор, он помахал рукой.

Мать проследила за моим взглядом и с печальной улыбкой вздохнула.

– И почему он тебе не нравится. Очень милый мальчик и тебя любит.

– Наверное, – пожала плечами я и махнула Артуру, чтобы не стоял как истукан, а подходил ближе. 

До недавнего времени я часто размышляла о будущем и даже видела себя с ним в паре, но вчерашняя лавина чувств, накрывшая меня с головой, дала понять, что с ним точно ничего быть не может. 

Ощущения, испытанные со Ромой, сродни возбуждению от выступления на сцене, а это вряд ли заменишь стандартным полонезом или полькой.

– Маргарита Александровна, вы просто очаровательны, – уже по привычке лебезил подошедший Веселов.

Женщина зарделась, когда дамский угодник умудрился поцеловать ей руку.

– Андрей, ты не меняешься, – игриво рассмеялась мама, подтянула на плече новую сумку и встала. – Ну ладно. Доча, выздоравливай. Если что, я на телефоне.

Она ещё раз обняла меня и махнув рукой, умчалась к новой работе и мужчине, который заставлял ее краснеть. 

Я смотрела ей вслед, осознавая, что и в моей жизни появился такой человек. Не парень, а мужчина.

– Она вроде выглядела иначе, – задумчиво смотрел на выход Артур. – Любовник?

– Новая работа и…

– Понятно, любовник. Давно пора. И тебе пора, – проговорил Артур и повернулся.

 Я задышала чаще от этих простых слов, но постаралась быстро взять себя в руки. Еще не хватало мне с Весловым объясняться.

– Половая жизнь женщин Синицыных тебя не касается и не будет, – твёрдо заявила я, и тут же резко поднялась, рукой сграбастала Артура за куртку и усадила рядом с собой. 

– Быстро. Подробно. Рассказывай. Как выступил, какие ошибки, насколько ужасна была Губанова, сколько было народу, и был ли представитель Академического театра? Ну!

Артур рассмеялся на эту вспышку требовательности у обычно мягкой меня и начал рассказывать о вчерашнем выступлении. Довольно подробно, из-за чего у меня погрустнело лицо и на глазах набежали слезы.

Мне было невыносимо знать, что я не была причастна к столь масштабному мероприятию.