- Воинов, еще реплика и пойдешь за дверь!

- Марина Дмитриевна, я не собираюсь толковать сны Менделеева!

- Эх, Дима-Дима, максимум на что ты способен – торговать яблоками на рынке!

Атмосфера в классе сгустилась. Химичка смотрела на Воинова, а хулиган – на нее.

- Не угадали. Я буду торговать картошкой! – беспечная улыбка растянула полные губы хулигана.

Я поежилась, заметив могильный холод, поселившийся на дне его блестящих зрачков. Судя по всему, под вызывающей манерой общения скрывалась непомерная гордыня.

- Шут гороховый! – всплеснула руками пожилая женщина у доски.  

Неожиданно у нескольких ребят одновременно на телефоне сработали звуковые оповещения. Лида тоже потянулась к мобильному: скользнув взглядом по подсвеченному дисплею, брови одноклассницы поползли вверх.  

- Теперь понятно, почему он задержался… – соседка пододвинула ко мне айфон.

Вздрогнула, обнаружив фотографию утренней потасовки, сделанную еще до моего прихода. На снимке Дима Воинов в компании своих головорезов измывался над Андреем.

Переведя взгляд на первую парту, в грудь словно вставили колючий раскаленный прут – одноклассник с огненно-рыжими волосами покрылся испариной, нервно сжимая телефон в ладонях.

- Но кто сделал и разослал всем эти снимки?! – прошептала, вновь фокусируясь на высоком худощавом разгильдяе у доски.

- В середине декабря напали на девушку из нашего класса. Аделине чудом удалось избежать изнасилования. – Лида вздохнула. – Бедняжка до сих пор не оправилась, а главное, не знает, кто это сделал. Урод подпоил ее и затащил в один из подземных тоннелей, когда та отключилась… Многие думали на Воинова и его банду, но доказательств против них нет. Сразу после Нового года кто-то создал телеграмм-канал «Пляски на районе» – на него уже подписалась вся школа. Неуловимый мститель пытается провести собственное расследование…

- Ох, Воинов, похоже, сегодня тебя ждет очередная двойка…

- Марина Дмитриевна, запомните – отличник работает на хорошиста, и труд их обоих покупает двоечник! Дешево. – наглец подмигнул.

- Когда ты перестанешь паясничать?! – прищурилась химичка.

- НИ-КО-ГДА! – под раскат оглушительного хохота хулиган подлетел к своей парте, схватил сумку и выбежал из класса.

- О боже…

- Да уж, Дима настоящий клоун, но знаешь, он не дурак. Когда-то даже был отличником… Директриса до сих пор надеется, что племянничек возьмется за голову, иначе бы давно выгнала его пинком под зад. Только что-то мне подсказывает – ждет нашего Воина вместо университета осенний призыв…

Глава 3

Воин

При виде бесстрашной малой на уроке химии сразу почувствовал, как повышается моя валентность. Какого черта её принесло к нам в третьей четверти одиннадцатого класса?! Вздрогнул, подавившись глухим лающим кашлем.

Я согнулся пополам, пытаясь продышаться. Но тщетно – глаза слезились, глотку, словно перетянули металлической проволокой: боялся, что вместе с хрипами выплюну свои легкие. А они мне еще пригодятся.

Чертов бронхит до сих пор давал о себе знать. И сигареты. Или все вместе. Прислонившись спиной к прохладной стене рекреации, еще какое-то время старался привести дыхалку в норму.

Пару недель назад прямо перед Новым годом я свалился с температурой под сорок. Все планы на веселые каникулы коту под хвост, а самое дерьмовое – деньжата, которые удалось скопить на зимний пуховик, пришлось потратить на лекарства.

На ходу натянув куртку, хлопнул уличной дверью, в миг озябнув, стоило глотнуть пронизывающего январского воздуха.

Я ненавидел зиму.

Третий год подряд одно и то же – нужно было искать деньги на пуховик и ботинки, а деньжата в нашей семье заканчивались, даже не успев появиться. Этой особой магией транжирства обладали люди с алкогольной зависимостью. Спасибо матери – научила нас с братишкой лет с двенадцати впахивать на двух подработках.

Даже когда денег на полке старого рассохшегося буфета хватало только на крупу и картошку, мы с Богданом не унывали. Руки-ноги есть, голова на месте, проживем, как-нибудь. Тогда в нас еще теплилась надежда, что мать перестанет продавать в ломбарде всё, что плохо лежит.

Месяц назад она продала мой новый зимний пуховик.

Перепрыгнув ступеньки, я зарулил в курилку, испытывая жизненную необходимость в никотиновой пилюле. Сделав пару коротких затяжек, вновь согнулся пополам от отвратительного собачьего лая.

Любой доктор, глядя на меня, уже бы застрелился. Однако мой организм привык к методике «клин клином»: жить стало гораздо легче и настроение, пробившее дно с утра, немного выровнялось.

- Дим, а Дим, как жизнь?! – Анька Краева провела кончиками пальцев по моему плечу, игриво отряхивая подол короткой юбки.

- Как жизнь, как жизнь?! Курю и жизнь укорачивается! – смачно харкнул.