Пролог

Катрин Исаева

Первая люБоль

 

Аннотация к книге "Первая люболь"

За несколько месяцев до окончания школы, я стала мишенью районных хулиганов. Их главарь пообещал, что превратит мою жизнь в руины, если я не начну ему прислуживать. Поразительно, но, похоже, он впервые сдержал слово, открыв на меня настоящую травлю…

 

 

ПРОЛОГ

 

Роза

- Роза, чего ждешь?! Опоздаешь в первый же день! Ну-ка, марш в школу! 

- Чертаново… – прочитала надпись на гараже. – Роза в Чертаново… – повторила, пересохшими губами.

Я так волновалась, что без конца жевала свою щеку. Кажется, мама начала всерьез беспокоиться, что я съем себя изнутри.

- Зато переехали из Тюмени в Москву! Закончишь школу, поступишь в университет! Заживем будь здоров, вот увидишь!

- Мало кто переходит в новую школу в третьей четверти одиннадцатого класса…

- Дочка, вечером поговорим. Как никак у меня тоже первый рабочий день. Удачи, родная! – мама скрылась в дверях метро, а я еще несколько секунд растерянно моргала.

Мы давно мечтали перебраться в столицу и планировали переезд сразу после моего выпускного бала, но судьба распорядилась иначе: за несколько недель до нового года маму сократили.

Решив, что это знак свыше, купили билеты в один конец.

Несмотря на накопленные сбережения, денег хватило только на то, чтобы снять квартиру в Северном Чертаново. Сперва, я немного расстроилась, но братишка заявил, что по площади этот район даже больше княжества Монако, а то обстоятельство, что мама практически сразу нашла работу администратором кафе, развеяло последние сомнения.

- Чертаново, так Чертаново… – пробормотала, черепашьим шагом направляясь к новой школе.

Я не сомкнула глаз ночью, поэтому, повстречав на пути киоск с кофе, подошла ближе, стараясь рассмотреть цену на латте.

- 180 рублей по акции до девяти утра! Успевай! У нас самый вкусный кофе на районе! – протараторила заспанная продавщица, пока я подсчитывала сбережения. 

В кошельке лежало 300 рублей. Мама просила до первой зарплаты потуже затянуть пояса: если сейчас потрачу деньги на кофе, завтра не хватит на школьный обед.

- Спасибо. На первый урок опаздываю, – смущенно поджала губу.

- Да погоди ты! Вот, держи, купон – первые пять стаканов со скидкой 50-процентов! Вижу, ты новенькая в наших краях! – подмигнула конопатая бариста. 

- Даже не знаю, как вас благодарить…

- Про правило пяти рукопожатий помнишь?! – она подмигнула. – Сегодня я помогу тебе, завтра ты мне!

Сделав несколько глотков, отметка на шкале настроения стремительно поползла вверх. Девушка не обманула – кофе в самом деле получился превосходным. Особенно радовало, что удалось купить его со скидкой.

Вдруг тишину разорвал истошный мужской вопль. От неожиданности я выронила стаканчик на тротуар. Коричневая жидкость окрасила снежный покров, залив мои новые сапоги с «Ali Eхpress».

- Отпуст-и-и-т-е… сволочи!!! – доносилось откуда-то поблизости.

Пролог 1

Я побежала со всех ног, однако, завернув за угол, застыла на месте… Несколько парней, как собаки, накинулись на одного, повалив бедолагу в сугроб.

- Эй вы, оставьте его в покое! Или я полицию вызову! – слова слетели с губ раньше, чем я успела подумать.

Неожиданно крики стихли: на меня с подозрением уставились три пары глаз. Медленно сглотнула, озираясь по сторонам в поисках помощи, но во дворе, как назло, никого не оказалось. 

- Малая, у кого это голосок прорезался?! – выпрямился один из нападающих, делая шаг на встречу.

Моргала, утопая в холоде льдисто-голубых глаз, прикрытых длинными ресницами. Скользнув взглядом по его длинной худощавой фигуре, я отметила, что парень одет в кожаную куртку косуху, синие джинсы и сбитые кроссовки. Без шапки. Слишком легко для середины января.

- Я сейчас полицию вызову… – сбивчиво повторила, с трудом выдерживая тяжелый взгляд.

Непокорный гордый блеск туманных глаз заставил сердце биться чаще.

- Воин, ты слышал, она сейчас мусоров позовет! – один из хулиганов разразился хохотом, пока худощавый брюнет, продолжал медленно двигаться на меня.

Ветер трепал его кофейные волосы, мелкие ссадины покрывали щетинистое лицо, а нос с горбинкой напоминал птичий клюв. Неожиданно он ощерился, высунув проколотый язык.

Меня передернуло от омерзения.

- Что за благородство в восемь утра? Ты хоть знаешь, на кого нарываешься, малая? – заметила проблеск удивления на его лице.

- Не вздумай её трогать! – выкрикнул пострадавший, лежа в сугробе с шапкой набекрень.  

- А если притронусь, что будет? – трескуче рассмеялся стервятник, поравнявшись со мной: хищная улыбка поселилась на его растрескавшихся губах.