— Райалин… Если, конечно, можно тебя так называть. — Неожиданно его голос стал подобен камню, а я замерла. Маг смерти обладал мистической способностью заставлять себя слушать. — Ты мне интересна. Но я еще не разобрался: меня интригует твоя тайна или личность? Если тайна, то, узнав ее, я о тебе забуду. Если личность, то я помогу решить все проблемы на твоем пути, даже когда ты будешь против этого. А ты будешь против, конечно, если я в тебе не ошибся. Но ошибаться мне не свойственно, поэтому посмотрим, к чему это приведет. Я в предвкушении.

Даниэль склонился, а тихий шепот почти растворился в его горячем дыхании, ласкающем мое ухо. Наваждение, подобно ароматному кальянному дыму, затуманило голову, принеся с собой сиюминутную слабость. Но игрушкой я быть не привыкла, противоречие всколыхнуло гордость, за которой под руку явилась обжигающая ярость.

Мои руки вновь легли на его плечи. Со стороны могло показаться, что мы обнимаемся, но я всего лишь подтянула некроманта ближе к себе:

— Ты самоуверенный подонок, Даниэль. Я забыла все, но из-за тебя мои первые дни в академии стали невыносимы. Хочешь решить мои проблемы? Тогда избавь меня от себя, — ожесточенно прошептала я.

Его щека касалась моей, а легкая щетина щекотала нежную кожу, против воли вызывая трепет где-то внутри. Я чувствовала аромат горького шоколада, словно где-то неподалеку сняли обертку с нетронутой доселе сладости. Сердце отбивало хаотичный ритм, виски пульсировали, но я ничуть не жалела о своих словах.

— Нам долго вас ждать? Вы вроде поговорить собирались, а не… — как гром среди ясного неба донесся зычный голос Риджа.

Я едва справилась с порывом сбежать — внезапным и притягательным. Но осознание того, что я должна выдержать все до конца, удержало на месте.

— Он ваш, — проговорила, отстраняясь и, насколько это возможно, отталкивая от себя Лефевра.

Мельком посмотрела на некроманта, взгляд прошелся от вереницы серебристых пуговиц к шее, выступающему подбородку, едва приоткрытым губам и сразу метнулся к глазам, показавшимся темнее обычного. Словно в них добавили еще больше черной краски.

Отвернулась, чувствуя, что знак на коже вновь пылает, словно я обожглась и теперь место ожога настырно напоминает о себе.

Он реагирует на Лефевра?

Хотелось проигнорировать совпадения между присутствием некроманта и неприятными ощущениями, что возникали раз за разом на месте магического знака, но это случалось не впервые. Могло ли это быть реакцией на мои эмоции? Или причина куда глубже?

— Вы поссорились? — спросил Ридж, когда я приблизилась к нему.

— Мы и не мирились, — откликнулась я.

— Значит, снова поссорились, не мирясь? — догнал меня голос ловеласа.

Я остановилась и с сомнением посмотрела на парня. Он совсем не чувствует атмосферы? Не понимает, когда надо промолчать?

— Ридж хочет сказать, что нам необходимо договориться о встрече, чтобы обсудить план, — вмешался Клайм.

— Вы и без меня прекрасно справитесь, — буркнула я.

— Не справимся, загадка. Герадовой ночью у каждого будет своя роль. И чтобы правильно ее отыграть, надо знать план. У тебя есть враги, которые жаждут встречи, поэтому не в твоих интересах отказываться от командной работы. — Даниэль приблизился незаметно, будто фантом переместился с одного места на другое. Я даже не расслышала его шагов. Что бы ни происходило между нами меньше минуты назад, для него оно словно не имело значения.

Я склонила голову, вспомнив о своем намерении тратить на Лефевра меньше нервов. Но теперь я прекрасно осознавала, что сразу это не выйдет, надо приноровиться и привыкнуть.

— Из-за тебя я снова окажусь в опасности! — Упрек вырвался против воли.

— Во время Герадовой ночи еще никто не умирал. Были раны, переломы, но не более, — рассказал блондин. — Но маги не используют силу против неодаренных людей. Это тоже обговорено в правилах.

Пояснение Клайма меня ничуть не успокоило, но я заглушила возмущение. Если изменить настоящее не в силах, надо приспосабливаться. План так план.

— Ладно. Но из-за чего все веселье? Какой приз? Это должно быть что-то невероятное. — За обычную награду студенты академии не суетились бы так, будто вот-вот настанет конец света. Ну или всемирный потоп вновь обрушится на землю.

— Деньги — четыре миллиона даргов, — вновь взял на себя роль рассказчика Клайм.

Ответ логичен, но я бы подумала о нем в последнюю очередь. Всего лишь деньги? Но это ведь магический мир! Не ожидала подобной банальности.

— Это много?

— Ха. Ты спрашиваешь, много ли это?! — наигранно переспросил Ридж и серьезно добавил: — Достаточно для нескольких лет беззаботной жизни. В случае победы миллион даргов каждому.

— Но вы не производите впечатления тех, кто нуждается в деньгах, — заметила я, судя не по внешнему виду, а по отношению окружающих к этой троице. Они явно богатые наследнички.

— Да, в деньгах мы не нуждаемся. Для таких, как мы, есть еще один приз. Победителям предоставляется выбор. Наш ректор — маг с богатой историей и владеет одной из секретных техник, которая незначительно увеличивает дар. — Клайм поправил очки, напомнив профессора какого-нибудь университета. — Но даже капля в море пускает круги по воде.

— Которые быстро исчезают, — задумчиво продолжила я.

Почему я до сих пор с ними?