Будто убивать меня пришла… Я бы посмеялась, если бы это не было так печально. Именно этого добивался некромант — он меня подставил. У меня не хватало запаса ругательных слов, чтобы выразить чувства.

«Для начала попробуем все решить мирно. А там посмотрим…» — выбрав линию поведения, я подошла к сестре своего двойника, стоявшей на пороге.

— Добрый вечер, — заговорила я так, будто приветствовала аристократов на официальном вечере, а не девушку старше меня на два-три года. Надо будет уточнить у Горидаса ее возраст. — Извини, я ничего не помню, поэтому не поздоровалась сегодня в академии.

Ивонна смотрела на меня с подозрением и сомнением, будто ища что-то.

— Карлет сказала, что ты ударила ее, — наконец откликнулась девушка. Я даже не удивилась, когда не услышала слов приветствия.

— Она сама виновата. Первая потянула меня за волосы. — Не думала, что эта дурында расскажет об этом. Хотя наверняка сестра Конкордии надеялась, что родственница постарше поставит зазнавшуюся меня на место.

Ивонна кивнула, словно подтвердила, что мои слова услышаны. Воровато оглядев коридор и убеждаясь, что рядом никого нет, она отчеканила:

— Даниэль Лефевр — мой.

— Почему он твой? —  просто из упрямства спросила я. Пусть некромант меня бесил до белого каления, но заявление Ивонны раздражало не меньше — детский сад какой-то. — Я не понимаю, в каких случаях можно присвоить себе человека. У меня даже нет права сказать «забирай»!

Мой ответ, мягко говоря, не пришелся девушке по душе. Сделав шаг навстречу, она требовательно прошипела:

— Что между вами происходит?

— Недоразумение, — сразу же нашлась я, уже жалея, что в этом доме живет так мало людей.

— Мне так не показалось, — враждебно произнесла она, гнев обезобразил её красивое лицо.

— Я не буду отчитываться. Но поверь, к этому подонку я испытываю лишь глубокую неприязнь.

— Слишком смелое заявление для такой, как ты. — Ивонна встала ближе и, прищурившись, продолжила: — Ты ведь не отдашь так просто мне ключ к победе?

— Какой победе? — не поняла я, уже всерьез раздумывая, а не позвать ли кого-нибудь на помощь.

Ивонна вытянула руку и сжала ладонь в кулак, возле которого неожиданно заклубилась искрящаяся беловатая дымка.

В груди волнами разлилась тяжесть, словно легкие превратились в сталь, и каждый вдох давался с трудом. Судорожно дыша, я облокотилась на стену, а перед глазами заплясали темные пятна.

— Прекрати, — прохрипела я, боясь, что еще немного, и потеряю сознание.

— Ты меня не обманешь, тварь. Я уверена, ты прекрасно все помнишь. Запомни: меня вам не обыграть, — голос звучал тихо, но отчетливо.

«Кому — вам?» — вторило мое сознание.

Она задержалась на несколько секунд, словно наслаждаясь моей болью.  Из глубины дома послышались глухие, но скорые шаги, а на лицо девушки скользнула тень беспокойства. Наконец-то разжав ладонь, она стремительно выскочила на улицу, в спешке не закрыв дверь.

Тяжесть, сдавливающая легкие, исчезла. Я жадно задышала, будто вынырнула из-под толщи воды. Тело словно успело окоченеть и теперь кололо от неожиданного прилива тепла.

— Конкордия? — Горидас выскочил из темного коридора. Мужчина взмахнул рукой, и входная дверь захлопнулась от порыва ветра. — Кто это был? — Он стремительно приблизился и приложил ладонь к моей шее.

Результат подставы некроманта, вот кто. Но вслух произнесла другое:

— Сестренка заглядывала в гости.

Недомогание прошло, лишь учащенное дыхание напоминало о случившемся, и теперь рука мужчины на моей шее вызывала неловкость. Я громко сглотнула, отстранившись от стены.

— Она применила к тебе опасную магию? — проницательно спросил мужчина, отнимая ладонь.

— В этом доме она бы мне точно не навредила, ведь так?

— Так. Применение опасной магии ведет не только к исключению из академии, но и к наказанию семьи. Но самое сложное — доказать проступок. — Горидас оставался спокоен, но он всегда казался таким, даже если волновался. — В академии за магией подобного рода следят строже.

— Это хорошо. — выдохнула я.

Мне окончательно полегчало, но неловкость словно нарастала в геометрической прогрессии. Чувство самосохранения совсем оставило меня, раз даже нападение сестрицы я восприняла довольно равнодушно. И теперь думала не о том, как избежать дальнейших встреч, а о том, что она имела в виду, говоря «вам», и как дать отпор некроманту.

— Ладно, я пойду заниматься. — Смотря куда угодно, только не на мужчину, я обошла его, поднявшись на первую ступеньку.

— Конкордия, — одиноко прозвучало имя.

— Да? — обернулась я, осознавая, что откликнулась даже не задумавшись.

Понемногу, крупица за крупицей, в моей душе зарождался страх, что вместе с настоящим именем исчезнет и моя личность. Останется лишь Конкордия…

— Этой ночью я уезжаю. Постараюсь вернуться через пару дней. — Голос Горидаса звучал тихо, но отчетливо.

Целых два дня? Это же вечность! Справлюсь ли?