От мысли, что мы одни. Что он недавно едва не набросился на собственного брата. С какими-то сумасшедшими версиями.

- По-своему ты был прав. Я была с Лаэмом ради денег.

Он втягивает воздух - как-то резко и, кажется, мучительно.

- У вас не было отношений?

- Нет, - слегка удивлённо отвечаю я.

- Никогда? И раньше тоже?

Киваю. Шумный выдох раздаётся над моим ухом. Руки Траяра вдруг хватают мои предплечья, он подаётся вперёд, утыкается носом мне в макушку.

Мы замираем вместе.

Надо бы вырваться, хоть возмутиться, но я не могу. Ноги слабеют, а сердце заходится - при мысли о том, насколько ошеломлённым он выглядел минуту назад. И я молчу, не двигаюсь, только стараюсь лишний раз не вдохнуть его дурманящий запах. Потом решаю, что всё же так нельзя. Плохо, Эла! Но когда уже открываю рот, Траяр меня опережает:

- Мне нужно всё это переварить. Пойдём, посмотрим ещё на какую-нибудь стену?

Я соглашаюсь тихо - и позволяю себя увести. Пытаюсь вернуть ясность мысли, выдержку, что-нибудь. Убеждаю себя, что всё в порядке. Траяр не выглядит разозлённым - скорее, он слишком погружён в себя.

Так странно. Мы наконец избавились от последней крупной лжи между нами, можем говорить на чистоту. Но оба по большей части молчим - словно боимся, что подберём неверные слова.

Я не знаю, что на уме у моего спутника, на душе.

Но мне неспокойно.

И всё же, буквально ещё минут двадцать, и мы мирно покидаем галерею. Траяр везёт меня обратно к зданию порталов. Ведёт по отделанным мрамором залам. Мы недолго ждём своей очереди в специально отведённой комнате. Проходим через мерцающую арку, тихо обсуждая устройство подобных штук.

Едем назад в карете.

Траяр высаживает меня у дома. Мысль, что он знает, где я теперь живу, что его увидят из окон родные, конечно, слегка тревожит, но что делать?

Он глядит на меня в вечерней темноте. Свет фонарей очерчивает волосы у его плеч.

- Будь со мной, - произносит он негромко. 

Но звучит как удар грома среди ясного звёздного неба.

- Я сделала это чтобы ответить на вопросы твоего врача, - напоминаю.

Только почему-то произнести это сложнее, чем я думала. После того, как он узнал правду и явно положительно её принял. После того, как мы провели вместе вечер - я не скажу, что неприятный.

Траяр вздыхает, кивает - и молча уходит, оставляя меня в покое.

Я почти жду, что на следующий день услышу от него какую-либо весть. Но всё проходит спокойно - я работаю у Керрая, который, правда, пару раз странно на меня посматривает.

А через день я получаю письмо от Эрента Релдиса - врача. Он просит как можно быстрее к нему приехать.

17.2

***

- Пожалуйста, садитесь, - предлагает врач Шеров.

Мы встречаемся с ним в гостинице. На третьем этаже, в приличном номере, где он остановился по просьбе Траяра. Без Траяра.

Последнее настолько странно, что я долго не могу поверить - даже когда проделываю весь путь и вижу седовласого лекаря воочию!

Эрент Релдис мне понравился - хотя бы интеллигентным видом. Правда, кое-где он уж слишком по-врачебному невозмутим. Вопросы, которые он задавал в прошлый раз, я вряд ли забуду. И теперь с трепетом гадаю, что же могло заставить его позвать меня одну.

- Расскажете, в чём дело, лорд Эрент?

- В прошлый раз я взял небольшую пробу вашей магии, - кивает лекарь, рассматривая меня из уютного кресла и вертя в руках кристалл - в последний он и правда попросил меня загнать немного силы. После памятных допросов. - Надо поговорить о ней.

- Что-то не так?

Врач вздыхает и одновременно улыбается - мягко, почти сочувственно:

- Эларин, не волнуйтесь. Вы молоды, здоровы, вашей жизни ничто не угрожает. И я очень благодарен, что в прошлый раз вы так подробно описали свои ощущения, это позволило мне исследовать магию в нужном направлении. Просто понимаете, вся ваша картина… Это прозвучит странно, почти абсурдно, но…

- Что?

- Что вы знаете о пробуждении древней крови?

“Мне уже задавала этот же вопрос Анисса”, - стучит в голове, пока я вспоминаю подругу. Рассказываю - но Эрент слушает как-то не слишком внимательно.

- Вы ведь знаете, что иногда древняя кровь просыпается в родах, где её не было раньше? - Он пристально глядит на меня. - И, более того, она обычно просыпается у подростков. Но всё же есть исследования, которые говорят, что в редких случаях она может не раскрыться вовремя. И дремать… продолжать дремать.

Он говорит, а у меня сердце заходится.

- Вы не хотите сказать, что все эти рассуждения как-то связаны со мной? - уточняю я очень осторожно. И хрипло.

Лекарь поднимает руки:

- Не знаю, как лучше подать вам эту информацию, потому что она, несомненно, может и ложно обнадёжить вас, и расстроить. Но кажется, в вас по-любому есть отголоски древней крови. Скорее всего, она пыталась в вас пробудиться. Но не смогла.