- Я была в лесу во время грозы, и на меня чуть дерево не упало, - ответила она. – Защитный купол надо мной возник сам собой. Только это меня тогда и спасло.

- И что же вы предлагаете, - опасливо пробормотала я, - мне нужно подвергнуться опасности, чтобы дар проявил себя? А других вариантов нет?

- Нет, что ты, я тоже эти дни не бездействовал, пересмотрел архивы нашего факультета. Так вот, раньше, если студент не знал свой уникальный дар, это выясняли при помощи своеобразного проявителя. Он в другом зале находится. Пойдемте. Я думаю, всем можно присутствовать.

- А тут, что, еще зал есть? – удивилась Аниль, опередив этим вопросом меня.

Все-таки снаружи башня выглядела совсем небольшой. Да и деканат находился под самой крышей. Я и так-то не понимала, каким образом здесь помещается этот зал. А уж если и еще один есть…

- Здесь все-таки пространство расширено магически, - пояснил Вейнс. – Раньше ведь уникальным магам было отведено больше места для обучения. Ну пойдемте, не будем терять время. Думаю, Кире не терпится поскорее узнать свой дар.

Вход в соседний зал лежал тоже через комнатушку деканата, только уже через другую стену.

- Только, ребят, предупреждаю, - спохватился Вейнс, - там время течет иначе. Пробудем там минут десять, а здесь уже вечер настанет. Так что, если у кого-то какие дела, лучше не входите.

Я очень надеялась, что у Рефа какие-нибудь дела найдутся. Просто я не хотела, чтобы он присутствовал. Мало ли, какой у меня дар окажется. И если какая-нибудь ерунда, да еще и Реф выскажет по этому поводу свое ехидное «фе», то совсем уж тошно станет. Но, увы, он уходить явно не собирался.

Этот зал оказался даже больше того, в котором мы занимались. Хотя, быть может, так только казалось из-за царящего здесь полумрака. Из-за этого и разглядеть ничего не получалось. Мы как-будто просто шли по широченному темному коридору, стен которого даже видно не было. Вейнс впереди световым огоньком хоть немного освещал путь. Все-таки тут даже и подобия окон не имелось.

В другое время я бы непременно спросила, что это за странный зал и для чего предназначен, но сейчас меня куда больше волновало, что вот-вот станет известно, какой же у меня дар. А от этого, в конце концов, зависела вся моя дальнейшая судьба.

Целью пути оказался небольшой постамент, очень похожий на тот, который определял магию в кабинете у ректора.

- Ну вот, Кира, сейчас все и выяснится. Просто коснись поверхности ладонями и некоторое время не убирай.

Кивнув, я все сделала, как сказал Вейнс. От зеркальной поверхности постамента вверх взвился свет и тут же погас. Один за другим появились четыре герба других факультетов. Три одинаково бледные, а один переливающийся серебристыми искорками. Боевая магия. Ничего удивительного. Если бы я так не тупила сегодня, сама бы уже давно догадалась. Если проникнуть в мои сны мог только боевой маг, то и магию он мне мог передать только боевую, другой-то просто не владеет. Но с этим-то и так все ясно было. Я с нетерпением ждала проявления своего уникального дара.

Наконец, вслед за остальными появился герб нашего факультета. Сияющий и как будто бы даже осязаемый.

- Теперь смотрим внимательно, - тихо произнес Вейнс, - сейчас сущность дара должна проявиться.

От сияющего герба протянулись тонкие ниточки к остальным гербам, и те тоже засияли. Пусть бледнее, чем центральный, но все же довольно ярко. И через мгновение все исчезло. Лично меня увиденное очень обнадежило, хотя смысла я толком не поняла. Но, может, мой уникальный дар позволяет мне пользоваться всеми другими видами магии? Не зря же остальные тоже засияли. Я с нетерпением смотрела на Вейнса. А он почему-то не спешил говорить. Ребята тоже молчали. Может, уже догадались, а, может, как и я, ждали пояснений.

Наконец, декан произнес:

- Кира, для начала я бы хотел сказать, что уникальный дар не дается просто так. Он всегда для чего-то нужен. И нужен именно тому, кому он дарован. Потому ты, пожалуйста, не расстраивайся раньше времени.

Я и не расстроилась. Я начала паниковать. Такое вступление ни разу не обнадеживало.

К счастью, Вейнс все-таки не стал и дальше ходить вокруг да около.

- Судя по тому, что мы увидели, твой дар состоит исключительно в том, что ты способна усиливать чужую магию.

- И все? – обомлела я. – Только усиливать чужую? А для меня самой ничего? Но вы же говорили, что у меня сильный дар!

- Так оно и есть. Из-за мощности дара, ты можешь многократно усиливать чужую магию. Конечно, на это будут тратиться и твои собственные силы. Но суть в том, что фактически твой дар всей своей мощью способен перестраиваться под магию любого типа. Но только для других. Сама ты этим воспользоваться не можешь. Увы, твой дар направлен исключительно вовне.

Ну вот и все. Мое светлое будущее похоронено под гранитной плитой с надписью «Ерунда, а не дар».

Заметив, как я резко приуныла, Вейнс постарался утешить: