- Что ваш отец хотел мира и общего союза, как я и говорил, - Балуар лишь склонил голову. - И милорд Шинар этим… воспользовался по-своему. Он попросил руки вашей сестры, добился согласия. А после, уже зимой, побывал в Асхеме, и его миссия устроила там настоящий скандал.

- На какой почве? - Брат подался вперёд, и мне захотелось тоже.

- Потребовав отдать Маларии спорный участок земли на границе - небольшой, но важный. Несколько горных угодий. Уверен, эти требования подкреплялись историческими пактами, но в сути своей несли оскорбление. Они разъярили, настроили соседей против нас.

- Как именно?

- Возможно, всё вышло случайно - правда, милорд Шинар? - В голос Балуара вновь вернулась осторожность, которая мешалась со слабой горечью. - Или вы признаетесь, что разыграли партию? О вашем союзе с леди Лиатой к тому времени стало широко известно, достаточно было сделать пару намёков - и вот я уже получаю письма, в которых меня зовут вероломным подлецом!

- Вам лучше знать, с чего вас так зовут! - рыкнул Шинар. - Вы лебезите передо мной в один день, а в другой - сваливаете вину, передёргивая события!

- Я? Позвольте, я призываю верить не моим словам. Отвечая на письма, я попросил десятерых разных господ, в том числе его величество Дархема, обрисовать подробно то, что случилось зимой. Их взгляды на ситуацию у меня - хранятся среди прочего.

- Прекрасно. - Теперь Шинар зло усмехнулся. - Значит, послания от тех, кто мечтал сжечь меня на костре за одни занятия магией? Как удобно, что вы записываете каждое слово - думаете, ложь на бумаге звучит убедительнее?

Балуар вдруг запнулся и продолжил чуть менее уверенно.

- Я… в последнее время действительно доверяю записям. Стараюсь, на случай если… здоровье вдруг подведёт. Я, знаете ли, уже немолод.

С новой волной страха я вспомнила заметки на полях - и подробности в документах, которые не выпускал из рук Аделик. “Здоровье подведёт”?! Чего он боится на самом деле?..

О Боги.

Вдруг стало тошно. Этот скандал, препирательства, обвинения - неужели так и должны решаться дела короны? С одной стороны святейший - человек, к которому отец годами ходил за мудростью. С другой - жених, мужчина, защитивший меня от смерти. Я до сих пор не могла забыть тепло, что однажды окружило меня в его объятьях. То чувство покоя - смешанного с надеждой и стыдом! - которое дарила его рука на моих волосах.

Теперь они готовы проклинать друг друга и пытаются узнать, кто больше лгал. Мне в том числе!

- Вам есть что возразить, Шинар? - голос Аделика долетел как сквозь слой парчи.

- Я уже всё сказал. Мои дела в Асхеме не затронули ваши.

- И почему вы не послали эти письма сразу мне, святейший?

- Я просто не считал, ваше высочество, что подобных речей достаточно, чтобы бросаться обвинениями. Но раз уж милорд Шинар сам пришёл обвинять меня в измене…

И тогда моё терпение лопнуло.

- Его обвинения проросли из другого! - воскликнула я. - Зачем вы встречались с алхимиком в Котле?

Балуар застыл с приоткрытым ртом, будто намеревался сказать что-то ещё, но разом забыл все доводы.

- Простите, леди Лиата? Я не понимаю, о чём речь…

Почему мне захотелось оправдать Шинара? Почему одна мысль о том, что святейший прав, заставляет голову идти кругом?

- Вы встречались с алхимиком. На прогулке с милордом в городе, три дня назад, мы выясняли, кто мог покупать ингредиенты - редкие, используемые для проклятий. И вышли на ваш след, - объявила я. А затем упрямо, слово за словом, отчеканила всё - не рассказав лишь о покушении.

Балуар вновь побледнел. Если мне думалось, что сильнее его уже не пронять, то я ошибалась.

Вот он приложил руку ко лбу. Поморщился, будто от боли.

Провёл ладонью по редким седым волосам и дёрнул плечами.

- Я… я могу ответить и на это. Но… без присутствия милорда Шинара.

- Это тайна государственного значения? - Тон Аделика не предвещал ничего хорошего.

- Нет, но…

Шинар подался вперёд - явно тоже почуяв слабость противника. И решив ею воспользоваться, непременно.

- Будет странно выгнать единственного человека, который разбирается здесь в зельях и магии. Выкладывайте всё начистоту - сейчас или в темнице.

Он был не совсем прав: один из стражников, безмолвно застывших вокруг, входил в число наших колдунов. Вот только и впрямь, что этот парень знает о проклятьях? Даже бытовые ритуалы для нас, литанийцев - подозрительная наука…

И если Шинар вновь хотел спровоцировать старца - кажется, у него вышло.

- Я болен, - шикнул тот, резко вздёргивая голову. - Болен, и зелье для меня.

Что?

- Чем? - поражённо спросил Аделик. Взгляд его вдруг стал напряжённым, а святеший упёрся руками в стол. Последующие слова, сколько бы он их ни готовил, возможно, дались ему тяжело и срывались с губ еле слышно.

- Всё началось примерно… год назад. Тогда я впервые заметил, что… - Он сжал край стола руками. - Что некоторые события будто начинают ускользать от меня. Я просыпался поутру и не мог вспомнить, куда поставил собственные башмаки. Перепутал однажды время, в которое сам его величество Этар велел к нему явиться…