Послать решено было Эриха. Кароль, как и отец с кузеном, были металлисты - этот дар в роду фон дер Шпее всегда был силен. А вот у Эриха дар проявился слабее, зато более широким спектром, стихийная магия земли раскрылась в нем по нескольким направлениям, что делало его более чувствительным к чужой магии, а также давало возможность лучшей оценки ее потенциала.

    Осталось найти в тех краях какого-нибудь старого друга либо особо требовательного клиента, но эту задачу граф решил перепоручить принцу Эрику. У того (а, точнее, у его командира), наверняка, есть на месте один-два старых вояки на покое, которым срочно потребуется какой-нибудь артефакт. Тем более, никто же не будет проверять, что там за артефакт повез заказчику сын мастера. Хоть бы и заговоренную сеть от нашествия кроликов на поля, кому какое дело, лишь бы платили. Сам артефакт граф готов был даже оплатить из своего кармана, хотя дядя не настаивал, а Эрик и его ведомство тоже не особо скупились. В любом случае, это должно быть что-либо действительно нужное в хозяйстве. Раз уж короля так настораживает что-то именно на этой границе, лучше заранее помочь своим людям, чем можешь.

    Так что не прошло и недели, как один из младших представителей семьи Маргитсен направил коня в сторону фразийской границы. В походной сумке, накрепко зачарованной от воровства, хранилось несколько свертков, подписанных  аккуратным отцовским почерком - почерком человека, привыкшего выверять свои движения до сотой части волоска: „Любезному господину фон Краненборг“, „Любезному господину Хехтхаузену“, „Любезной сестрице Биргит“ , а также один, подписанный размашистым почерком графа: „Любезной тетушке, госпоже  фон Хагедорн“.

     Что было в первых двух свертках, Эрих не знал, и предпочитал не спрашивать. Отец сказал, что заказчики прекрасно разберутся и сами. А своей родне он вез обычные хозяйственные артефакты, коих они с отцом и братьями создавали десятками: дверное украшение, отгоняющее паразитов от домашних животных, и маленькую серебряную подвеску, позволяющую жидкости долго сохранять прохладу в самый жаркий день.  

    Подобные вещи Эрих создавать не любил, считая это занятие необычайно скучным. Однако же, именно ему чаще всего и приходилось заниматься подобными поделками. Не было в нем того глубокого чувства металла, позволяющего отцу и старшему брату сплавлять различные материалы в невозможные, казалось бы, легирунги и создавать воистину произведения искусства.  Кроме того, отец всегда настаивал, чтобы у них в работе были и не очень дорогие вещи, нужные в хозяйстве простому рыцарю, а то и вовсе крестьянину. И плату за них Мертен назначал обычно, внимательно приглядевшись к покупателю. „Не одной аристократией крепка страна“, - повторял он часто.

    Ушлый граф фон дер Шпее в это время изо всех сил отбивался от королевских ревизоров, требующих предоставить документы на неучтенные ингредиенты и грозящих ему штрафом, а также всеми карами земными и небесными.   В Академию пожаловала проверка. 

Пока бушевал скандал, преподаватели и сотрудники разделились на два лагеря: „Так ему, выскочке, и надо!“ и „Он же не для себя старался!“. И пока кипели страсти, никто не обратил внимание, что проверяющие планомерно изымали для проверки не только финансовые и хозяйственные документы.  Его Величество очень, очень не любил, когда кто-то мешал его проектам. А принц Эрик не зря носил прозвище „Рыжий лис“.

1 - часть - одна сотая часть от целого, наш процент.

Глава третья: Столичные гости

Глава третья: Столичные гости

На днях почта принесла мне письмо. Это был ответ Хельге на мою посылку.

Дорогая кузина Агата! Доброго тебе дня!

Благослови тебя Творец, дорогая кузина! Твое письмо несказанно порадовало бабушку. Она наконец-то успокоилась, что у вас с тетей все в порядке. А то, что ее внук - будущий барон, значительно прибавило ей весу среди почтенных дам нашей округи. Хотя, как ты знаешь, бабушку и так все очень уважали.

Спасибо тебе большое за презенты. Твою брошку бабушка носит на праздничной шали, а ту, старую, что привезла ей твоя мама, бабушка теперь хранит в шкатулке.  Нитками она уже вышивает девочкам белье в приданное, ты же знаешь бабушку, у нее для каждой из них уже готов сундук.

Мы с Якобом тоже безмерно тебе благодарны за поддержку. Хотя Якоб и ругался, что я посмела просить денег у родственников. Все-таки, до собаки1 мы еще не дошли.  Но твоя щедрая поддержка позволила нам не ждать весны, а уже на осенней ярмарке расширить наше стадо. И даже осталось немного денег на черный день. Я хотела отдать их бабушке, но та настояла, чтобы мы отложили их в приданное девочкам.  Так что наши девицы уже имеют каждая свой капитал, пусть он пока и не больше серебрушки. Надеюсь, участь наших тетушек им грозить не будет.