Оборотень приобнял девушку одной рукой, положив ладонь на живот. Его откровенно трясло, каждый вздох, ощущаемый ладонью, приводил в трепет.

Все это — иллюзия, иллюзия счастья. Завтра, когда Лиля проснется, будет его ненавидеть за слабость, за подлость. Не разрешит и пальцем коснуться, не то чтобы спать в одной постели.

Будет кричать, бранить, обвинять… но не сегодня, сегодня он мог себе позволить лежать рядом.

Сестра бесшумно вошла в комнату и очень тихо произнесла:

— Идем. Нам всем нужно поговорить.

— Ее нельзя оставлять одну. И я не хочу, — честно признался Арнар. Приподнялся на локтях, взглянул на сестру: она же должна его понять.

— Я все понимаю, — подтвердила Вела, будто слышала его мысли. — Но есть вещи, которые нужно решить сегодня. С ней посидит Эля, я дочери все объяснила. И ты сможешь вернуться, как только решим, что делать дальше.

— Тут и решать нечего. Она остается, они остаются, — быстро поправился оборотень и нехотя встал с кровати.

— Конечно. — Вела взяла брата под руку. — Тут нужно решить, как преподнести ей всю правду. И быть готовым к тому, что она не захочет менять свою жизнь так кардинально.

Зверь рычал, понимая смысл сказанных слов. Он не отпустит, не позволит избавиться от потомства. Лучше умереть, чем еще раз потерять смысл своей жизни.

Второго раза ни он, ни человек не вынесут и сойдут с ума.

— Если не захочет, я ее запру, не дам выбора. Может, и не надо давать? — спросил оборотень сестру.

— О-о-о, нет. Так ты только сильнее отдалишь ее от себя. — Веле хотелось припомнить его злые слова про Элю, о том, что она «игрушка». Но волчица тактично промолчала, не желая провоцировать ссору.

***

На первом этаже царило возбуждение. Эля ходила кругами по кухне, заворачивала в гостиную и возвращалась обратно.

— Не мельтеши, мелкая. — Брат дернул ее за руку и усадил в кресло.

— Как не мельтешить? Мою подругу опылили словно цветочек. — На этом слове Дмитрий рассмеялся и согласно покачал головой.

— Именно, Цветочек она и есть. Я всегда говорил, — добавил он с улыбкой.

— Да за кого она меня примет? Разве так можно? Что, нельзя было свое «хотело» попридержать? — вопросы сыпались один за другим. — Что с ней будет? А вдруг она аборт сделает? А что она своему парню скажет? — Эля схватилась за голову и переводила взгляд с брата на дядю.

— Ты бы помолчала, — оборвал ее Лео, — не провоцируй Ара на необдуманные поступки. Ты не понимаешь, что такое притяжение пары. И она еще не понимает. Но скоро почувствует и примет. Вам, людям, это не свойственно: меняете партнеров чаще чем носки.

— Ой, давайте не будем. Образчики морали и чистоты. Вы, — Эля указала пальцем на одного мужчину и следом на второго, — что-то не соблюдаете целибат, ожидая своей половины.

— А я и не о целибате речь веду. Волк никогда не бросает свою семью, в отличие от человека.

— Извините, что я не волк, — огрызнулась Эля.

— Хватит, — прервала спор Вела, — Эля, посиди с Лилей. Сразу зови, если проснется. Иди, — с нажимом повторила, глядя дочери в глаза.

Девушка скривила губки, но ослушаться не посмела.

— Спасибо, что лишили меня подруги, — ворчливо огрызнулась она.

— Наверх, — прорычал Лео в спину племянницы

Эля демонстративно обошла Ара по дуге, не поднимая глаз, и взбежала по ступеням, громко цокая каблуками.

— В одном девчонка права. Лилю нельзя отпускать. Нам повезло, что она пришла к нам до того, как узнала о беременности, — Лео нарушил затянувшуюся тишину.

— Я уже сказал, что не отпущу ее, — пророкотал Ар.

— Нельзя так, — поспешила вмешаться Вела. — Она тебя возненавидит. Ты будешь для нее чудовищем.

— Я и так не принц в сияющих доспехах. Ты лучше меня должна понимать, что я не смогу от нее отказаться, не смогу отказаться от дитя, которое она носит, — каждое слово срывалось на рычание. Зверь не хотел разговаривать, он жгуче желал вернуться обратно, к своей паре. И зверь, и человек все решили еще там, лежа рядом с Лилей на кровати. Хочет девочка или нет, но их жизни связаны, навсегда!

Лицо сестры, до этого хмурое, оттаяло в улыбке.

— Я понимаю и помогу. Но для начала следует ей все объяснить. Она поймет, я уверена.

В ответ Лео фыркнул.

— Поймет? Как только проснется, постарается сбежать. Не нужны девчонке ваши объяснения, он ей сломал жизнь. Как ты умудрился не узнать в ней свою пару, как?

Ар дернулся, но вовремя взял себя в руки.

— Принял за желание зверя, — произнес обреченно. — Меня скручивало рядом с ней. Думаешь, легко отличить инстинкт от притяжения пары, когда годами пребывал в шкуре зверя? И как много ты встречал случаев появления второй пары? Я вот за свою жизнь слышал только о двух, и были они до моего рождения. В это невозможно было поверить! Я до сих пор не верю.

— Но…

— Что «но», Вела? Ты сама бы поверила на моем месте?

Она отрицательно покачала головой и присела рядом с братом.