Когда она запрокидывает голову на подушки, приближаясь к пику оргазма, мои губы касаются её обнажённой кожи, и я тихо шепчу ей — так тихо, что она даже не слышит меня.

— Прости меня, Джиджи.

Глава 73

Джиджи

— Мне просто нужно вернуться домой и разобраться в своей жизни, — говорю я.

Хадсон молча поворачивается в сторону, отводя взгляд в окно. В его движениях этим утром чувствуется беспокойная энергия. Я надеюсь, он не разочарован тем, что между нами не возникло чувств, или тем, что я не ждала его в том доме вместо Гарри.

При одной мысли о нём мои пальцы касаются губ, будто я всё ещё чувствую вкус его поцелуя.

Было заранее оговорено, что Хадсон заберёт меня и отвезёт домой, чтобы Ричард не узнал о том, что произошло за кулисами. Гарри не хотел выпускать меня из виду, но его мысли, кажется, были где-то ещё, и я боюсь, что если присмотрюсь, меня ужаснёт то, что я увижу.

К тому же Хадсон Андерсон безобиден. Он однажды угостил меня мороженым, даже позволил надеть свой пиджак.

Комфорт воспоминаний заставляет мои ресницы трепетать, и, прежде чем я успеваю осознать, я проваливаюсь в глубокий сон. Я, должно быть, проспала всю оставшуюся дорогу, потому что следующее, что я помню, — машина резко останавливается.

Я пытаюсь осмотреться, устало тру глаза и смотрю в окно на парковку.

— Где мы? — зеваю я, поворачиваясь к Хадсону.

Его глаза полны боли, губы сжаты в тонкую линию.

Я поворачиваюсь и вижу нескольких мужчин, приближающихся к машине, и резко поворачиваюсь обратно к нему, волосы летят мне в рот.

— Хадсон? — паникую я. — Что происходит?

— Прости, — говорит он, его улыбка натянута. — У меня не было выбора.

Дверца позади меня распахивается, и сильные руки хватают меня за тело.

— ТЫ, БЛЯТЬ… ПОЧЕМУ? — кричу я, вцепляясь в кожаное сиденье. — Зачем ты это делаешь!

— Пожалуйста, не принимай это на свой счёт. Это всего лишь бизнес.

* * *

Я слышу своё дыхание в ушах, чувствую, как сердце колотится в груди, но я не чувствую боли, пронзающей моё тело, которое онемело после часов бессмысленных физических пыток.

Мой подбородок упирается в грудь, стул скрипит под моим весом, когда я качаюсь, пытаясь не заснуть. Верёвки держат мои запястья за спиной, а лампочка, мигающая над головой, жжёт левый глаз. Паника охватывает меня, когда я не чувствую того же в правом. Заставляя себя менять выражение лица, я чувствую остатки засохшей жидкости на лбу.

Кровь, должно быть, затекла в глаз из раны, нанесённой Ричардом.

Он наказывал меня часами, утверждая, что если я не признаюсь в своих грехах, это только продлит избиения. Но я больше не чувствую боли; я чувствую только онемение.

Грёбаный Хадсон.

Я бы хотела сказать, что знала, что это произойдёт, но я ничего не подозревала. Этот тупой придурок обманул меня. Почему? Возможно, у него есть другая семья. Возможно, у него есть ребёнок и жена. Я целовала этого ублюдка. От этой мысли меня тошнит.

* * *

Спустя несколько часов пощёчина возвращает меня к реальности, и яркий свет обжигает глаза так сильно, что мне кажется, я слышу, как они шипят.

— Господи, ты выглядишь ужасно.

Я провожу языком по разбитой губе и поднимаю глаза на Ричарда, который смотрит на меня с той же мрачной усмешкой на лице. Хадсон стоит в углу комнаты. Его руки скрещены, голова опущена.

— Не смотри на него, — говорит Ричард, сжимая края моего стула. — Смотри на меня.

Я смотрю.

— Давай, — говорю я.

— Ты думала, что вы с этой крысой можете нарушать приказы, да? После всего, что я построил, я не позволю тебе разрушить моё наследие…

Медленная, зловещая улыбка расползается по моим губам, так что болят щёки. Смех поднимается из груди и вырывается наружу, заставляя меня запрокинуть голову.

Я смеюсь так сильно, что не могу остановиться.

Блять, как больно.

Но, чёрт возьми, я не чувствую боли.

Кулак Ричарда отправляет мою голову в сторону, его перстни рассекают мою щёку от сильного удара, заставляя замолчать. Он наклоняется ко мне, но я отворачиваюсь, голова раскалывается от боли.

— Ты думаешь, что всё знаешь, да? Думаешь, чёртов Джейми Каллахан случайно встретил тебя в обеденный перерыв и не был моим наблюдателем месяцами. Думаешь, Гарри сказал тебе правду, — насмехается он. — Ты можешь не ненавидеть его сейчас, но ты возненавидишь, когда узнаешь секреты, которые он от тебя скрывал…

Эпилог

Гарри

Месяц спустя

 

Леденящий ветер холодит кожу, и я засовываю руки глубже в карманы куртки, пытаясь сохранить тепло. Это самая холодная зима за последние годы, но когда я вижу Джиджи, стоящую в центре парка, я чувствую только тепло.

Внезапно становится похоже на летний день.