– Да уж, к тому времени, как мы достигнем дна, мы успеем состариться и поседеть, – заметил Пэт.

Следя за термометром и магнитным высотомером, я заметил, что температура повышалась примерно на один градус на каждые сто футов снижения. Когда она достигла 135[3] градусов, я приказал Ривзу зависнуть.

– На этой машине мы забрались настолько далеко, насколько было можно, – сказал я Пэту. – Прежде чем подниматься, я осмотрюсь в бинокль.

Я направил вниз свой пятидесятикратный цейсовский бинокль, надеясь разглядеть дно шахты. Но как я ни настраивал резкость, мне удавалось видеть лишь крошечную чёрную точку там, где, по законам перспективы, сходящиеся стены шахты будто бы смыкались. Однако я заметил кое-что ещё – и невольно вскрикнул от удивления. Стены шахты под нами были сделаны из блестящего металла, отливавшего серебром, а вдоль них, спирально поднимаясь вверх, шла металлическая лестница с перилами. На этой лестнице что-то двигалось – вверх непрерывным потоком катились блестящие металлические сферы.

Я поспешно изменил фокус, чтобы рассмотреть то, что находилось ближе, и стал искать верхний край металлической стены. Мне удалось обнаружить его почти сразу. Мощная оптика приблизила каждую деталь настолько, что казалось, будто я могу протянуть руку и коснуться сверкающих перил винтовой лестницы. Никогда, до конца своих дней, я не забуду то странное, почти невероятное зрелище, представшее моим глазам.

У перил, возле верхнего конца лестницы, стояли четыре чудовищных существа, отдалённо напоминавших людей. Их тела представляли собой блестящие металлические сферы, похожие на бугристые плоды маклюры[4], из которых вместо рук и ног торчали четыре щупальца, по всей видимости, состоящие из множества маленьких шариков, соединённых между собой, словно бусины в ожерелье. Над шарообразными туловищами, на подобных, но более коротких щупальцах, располагались шарики поменьше, очевидно служившие головами этих созданий. Их огромные выпуклые глаза чрезвычайно походили на автомобильные фары – и формой, и тем, что испускали лучи, освещавшие пространство перед ними.

Трое из этих странных созданий держали длинные трубы, чуть загнутые на верхних концах. К нижним концам были присоединены гибкие рукава, чрезвычайно похожие на кабелепроводы; они тянулись вниз по лестнице. Четвёртое существо держало прямой цилиндр – около трёх дюймов в диаметре и четырёх футов длиной.

Эти трое были чрезвычайно заняты. По сути, они казались единственными строителями этого грандиозного металлического ствола, стремительно выраставшего из недр земли. Металлические шары, катившиеся вверх по лестнице, были трех размеров и, казалось, являлись живыми существами, ибо, достигнув конца своей очереди, все они отращивали причудливые щупальцеобразные руки и ноги, как у четырех крупных существ, и выдвигали шарообразные головы из своих округлых тел. Затем самые крупные из них по очереди взлетали на вершину недостроенной стены, где втягивали головы и конечности и плотно смыкались друг с другом.

Как только очередной шар занимал своё место, первый из трёх крупных рабочих закреплял его, выпуская из своей трубы струю блестящей жидкости, похожей на ртуть. Жидкость заполняла промежутки между шарами, и в результате возникала сверкающая стена с зернистой, словно покрытой мелкой галькой, поверхностью.

Металлические шары среднего размера, достигнув конца своей очереди, один за другим перескакивали оттуда, образуя тем же способом лестничные марши, и «запаивались» трубой второго рабочего. Самые же мелкие шарики формировали перила и балясины – их сплавлял третий рабочий.

Я был ошеломлён. Мысль о расе металлических существ, строящих сооружение из собственных тел – охотно и с удовольствием, – казалась мне почти немыслимой. Это было нечто совершенно не укладывавшееся в моё понимание мира. Но ведь и точка зрения кораллового полипа, который, сливая своё тело с телами миллионов других полипов, образует атолл или риф, вряд ли доступна пониманию людей, привыкших воспринимать себя как отдельных, самостоятельных существ.

– Ты там, часом, не банши увидел, шеф? – спросил Пэт, заметив моё изумлённое выражение лица.

– Сам взгляни, – ответил я. – Хочу понять: видишь ли ты то же, что и я.

Он навёл свой бинокль, посмотрел и воскликнул:

– Чёрт побери! А я-то думал, что все феи остались в Ирландии! Это Маленький Народец, уж точно! Так же точно, как то, что меня зовут Пэт Хиггинс!

Я тем временем разглядывал четвертое крупное существо – то, что держало цилиндр, – гадая, какова его роль. Внезапно, словно привлечённое моим пристальным взглядом, оно вскинуло вверх свои огромные выпуклые глаза. Какое-то мгновение оно пристально рассматривало электроплан. Затем направило свой цилиндр вверх, и тут же раздался звон разбитого стекла: что-то угодило прямо в смотровое окно в полу кабины.

Поскольку оружия у нас не было, я крикнул Ривзу:

– Подъем! Полный ход!