Темных силуэтов стало больше. Женщина с кошачьим лицом на лестнице. Маленькая девочка в углу. Мужчина с головой кролика позади нее произнес:

— Потому что это легкий способ умереть. Самый легкий. Все равно через пару мгновений станет так, будто тебя никогда не существовало.

— Спроси меня, — сказало существо в волчьей маске перед ней. — Скажи: «Который час, мистер Волк?»

В ответ Эми Понд протянула руку, сорвав маску с лица огромного создания. И увидела Род.

Человеческим глазам не следовало смотреть на Род. Корчащееся, извивающееся месиво на месте лица было отвратительным и жутким. Маски защищали не только его самого, но и всех остальных.

Эми Понд смотрела Роду прямо в лицо.

— Убей меня, если собираешься убить. Но я не верю, что Доктор меня покинул. И не собираюсь спрашивать, который час.

— Жаль. — Лицо Рода стало ужасней кошмара, и он набросился на нее.

 

Двигатели ТАРДИС еще раз громко застонали и умолкли.

— Мы прибыли, — произнес Род. Его маска превратилась в плоский рисунок лица Эми Понд.

— Мы в начале всего, — сказал Доктор. — Здесь ты и хотел оказаться. Но я собирался сделать все по-другому. У меня было решение для тебя. Для всех вас.

— Открывай, — буркнул Род.

Доктор распахнул дверь. Дующие вокруг ТАРДИС вихри оттолкнули его назад.

Род встал в дверном проеме.

— Так темно.

— Мы в самом начале всего. Прежде света.

— Я войду в Пустоту, — проговорил Род. — И ты спросишь меня: «Который час?» И я скажу себе, тебе и всему Мирозданию. «Час, когда Род будет править, завоевывать и захватывать. Час, когда Вселенная станет лишь мною и тем, что я изберу себе пищей. Час первого и окончательного царства Рода, мир без конца, на все времена».

— На твоем месте я бы этого не делал, — сказал Доктор. — Ты еще можешь передумать.

Род сбросил маску Эми Понд на пол ТАРДИС.

И выпрыгнул в Пустоту.

— Доктор, — произнесло лицо из корчащихся червей, — спроси меня, который час.

— Я сделаю кое-что получше, — ответил Доктор. — Я скажу тебе точно, который час. Времени еще нет. Сейчас Нисколько Часов. Микросекунда до Большого Взрыва. Мы не на Заре Времен. Мы до Зари. Повелители Времени не одобряли геноцида. И я сам не увлечен им. Но ты убиваешь потенциал. Что, если когда-нибудь был добрый далек? Что, если…

Он помолчал.

— Пространство велико. Время еще больше. Я бы помог тебе найти место, где ты мог бы жить. Но одна девочка, по имени Полли, забыла в доме свой дневник. И ты убил ее. Это было ошибкой.

— Ты даже не знал ее, — отозвался Род из Пустоты.

— Она была ребенком, — ответил Доктор. — Чистейший потенциал, как и в любом другом ребенке. Мне достаточно того, что я знаю.

Загогулистое что-то-там на панели управления ТАРДИС начало дымиться и искриться.

— У тебя нет времени, в буквальном смысле. Поскольку до Большого Взрыва Времени не было. А если любая часть существа, обитающего во времени, устраняется оттуда… Что ж, ты устраняешь себя из всей картины.

И Род понял. Понял, что в этот момент все Время и Пространство сжаты в одну крохотную частицу, меньше атома, и что, пока не пройдет микросекунда и частица не взорвется, ничего не произойдет. Ничего не может произойти. И Род был не на той стороне микросекунды.

Вырезанные из Времени, остальные части Рода тоже переставали существовать. Он, бывший Ими, ощутил, как их захлестывает волна не-существования.

В начале — прежде начала — было слово. И слово было «Доктор!».

Но дверь закрылась, и ТАРДИС бесследно исчезла. Род остался один в Пустоте до Мироздания.

Навсегда один, ожидая, когда начнется Время.

8

Молодой человек в твидовом пиджаке обошел вокруг дома на Клэвершэм-Роу. Он стучал в дверь, но никто не отозвался. Вернувшись в синюю будку, он повозился с тонкой настройкой. Всегда проще перенестись на тысячу лет, чем на двадцать четыре часа.

Он попробовал снова.

Можно было ощутить, как сворачиваются и разворачиваются нити времени. Время — это очень сложно: не все, что произошло, произошло на самом деле. Это понимали лишь Повелители Времени, но даже они считали невозможным это описать.

У дома на Клэвершэм-Роу стоял мрачный знак «Продается».

Он постучал в дверь.

— Привет, — сказал он. — Ты, должно быть, Полли. Я ищу Эми Понд.

Волосы девочки были заплетены в косички. Она с подозрением поглядела на Доктора.

— Откуда вы знаете мое имя? — спросила она.

— Я очень умный, — абсолютно серьезно ответил Доктор.

Полли, пожав плечами, пошла в дом, и Доктор последовал за ней. С облегчением он отметил, что меха на стенах нет.

Эми сидела на кухне и пила чай с миссис Браунинг. На фоне играло «Радио 4». Миссис Браунинг рассказывала Эми, как тяжело быть медсестрой, ведь приходится работать сутками. Эми отвечала, что ее жених работает медбратом и что она прекрасно все понимает.

Она одарила Доктора резким взглядом, когда тот вошел. «Тебе очень многое придется объяснить», — читалось в ее взгляде.