Я закрываю дверь своей спальни и запираю её на замок. В комнате почти темно, если не считать прикроватной лампы, и я делаю глубокий вдох, чувствуя, как меня охватывает нервное возбуждение.

Снимая с себя одежду и размышляя о том, что надеть, я задаюсь вопросом, стоит ли мне вообще что-то надевать.

Глава Десятая

ТРЕНЕР ШЕЙ

Свет в её комнате погас некоторое время назад, но я ждал. Я никогда не считал себя терпеливым человеком, но сегодня вечером я сдерживался, сам того не осознавая.

Когда она не ответила на моё сообщение, я забеспокоился. Я пытался тренироваться, но постоянно думал о ней и боялся, что с ней что-то случилось. Я изо всех сил старался закончить вовремя и не сказать всем, чтобы они забыли об этом и шли домой. Впервые в жизни я покинул поле раньше других тренеров. Я поехал прямо к дому Шарлотты и, увидев, что она работает в саду, вздохнул с облегчением.

После этого я отправил ей ещё одно сообщение, но она так и не ответила. Чем дольше она не проверяла свои сообщения, тем злее я становился. Я видел, как она вошла в дом и начала готовить ужин, а потом увидел, как её дядя вернулся домой. Меня как будто ударило током, когда я понял, что мы, вероятно, одного возраста.

Как только он вернулся домой и я понял, что она в безопасности, я немного поездил по городу. Мне хотелось надрать себе задницу за то, что я так злился на неё, но в ней есть что-то, что сводит меня с ума.

Я пытался не возвращаться к ней домой, клянусь, я пытался, но всё равно оказался здесь.

Окно тихо открывается, и я пролезаю внутрь. Я оставляю его открытым на случай, если мне придётся выпрыгнуть обратно. Мне стыдно за себя и за то, что я собираюсь сделать с этой девушкой, но я знаю, что не остановлюсь.

В её комнате темно, но луна полная, и я вижу, как она растянулась на кровати. В какой-то момент она сбросила одеяло, и теперь крепко спит на спине. На ней какая-то старая футболка, но она задралась, и на ней нет трусиков.

Её киска выбрита, и я смотрю на неё, стягивая с себя рубашку. Я бросаю её на пол рядом с кроватью и тянусь за джинсами. Когда я полностью обнажаюсь, я беру свой член в руку и несколько раз поглаживаю его, глядя на неё.

Она выглядит такой чертовски юной и невинной, когда спит, но это не значит, что я хочу её меньше. Мой член истекает спермой, пока я глажу его кулаком вверх и вниз, представляя, как эта скользкая маленькая киска сжимает его.

С её губ срывается тихий стон, когда она слегка двигается. Но я не останавливаюсь; я продолжаю дрочить, стоя рядом с кроватью. Мне нужно кончить как можно быстрее, чтобы потом двигаться медленно и не торопиться. Если я сейчас на неё забирусь, всё закончится слишком быстро.

Мои яйца напрягаются, а член пульсирует, когда я кончаю ей на живот. Сперма вырывается из меня волнами, и моя грудь распирает от этого вида. Я ублюдок, раз хочу кончить на неё, но я должен.

Сняв напряжение, я забираюсь на кровать и опускаю лицо между её бёдрами. Я провожу носом по её промежности и вдыхаю её запах. Она слегка шевелится, но я не обращаю на это внимания и провожу языком между её губками.

Её вкус сладкий и свежий, и я возвращаюсь за добавкой. Мой язык медленно скользит вверх и вниз по её киске, пока она не начинает стонать. Я не могу сказать, в какой именно момент она полностью просыпается, потому что слишком сосредоточен на том, чтобы она не двигалась.

— Шей, — стонет она и гладит меня по волосам.

Я задираю её футболку, чтобы потрогать её грудь, пока сосу её клитор. Она понимает, что я хочу, и полностью стягивает футболку, так что мы оба обнажены. Я смотрю на её молодое, нежное тело, открываю рот над её влажной киской и сосу.

Она покачивает бёдрами, и я крепко сжимаю их, не давая ей двигаться. Я думаю о том, как войду в неё без преград и какой сочной она будет, когда примет мою сперму. Чёрт, мне нужно быть осторожным. Одно неверное движение, и я могу сделать ей ребёнка.

Она сжимает пальцы, прикусывает нижнюю губу и кончает мне на лицо. Я щипаю её за соски, пока она скачет на моём языке, проводя им по клитору. Мне так чертовски приятно смотреть, как она кончает, что я немного кончаю на её простыни.

Как только она кончает в последний раз, я отрываюсь от её промежности и поднимаюсь по её телу.

— Сдвинь ноги, — приказываю я, и она моргает, глядя на меня. — Я слишком близок к чёртовому краю, Шарлотта. Ты довела меня до этого, и теперь тебе лучше сделать то, что я говорю. Сдвинь свои грёбаные ноги и сожми их.

— Хорошо. На этот раз она без колебаний сжимает бёдра, пока я склоняюсь над её телом.

— А теперь держи их так, — говорю я ей, хватаясь за основание своего члена и направляя его между её мягкими бёдрами. — Не впускай меня.

— Почему? — У неё перехватывает дыхание, когда мой член проникает между её влажными половыми губами, но не внутрь.