— Я не… — начал Лука, все еще пытаясь переварить услышанное, но в его памяти вспыхнул образ. Термин, обведенный кружком много раз на листе бумаги в комнате Элизы и Разика.

«Узы Генезиса.»

Он медленно перевел взгляд на Разика.

— Ты знал! Это ты ему рассказал?

— Мы наткнулись на этот термин. Мы все еще изучали вопрос, но у нас были подозрения, — ответил его брат тем же бесстрастным тоном, каким говорил всегда.

— Ах ты сукин сын! — процедил Лука.

— Мы не можем вмешиваться, — возразил Разик.

— Судьбы не могут перемещаться между мирами? — внезапно спросила Тесса, глядя на Серафину.

— Когда Странники между мирами проиграли на том этапе Вечной Войны, мы не хотели, чтобы их сила рассеялась в пустоте, — ответила Серафина. Она снова подняла руку, и змея скользнула вверх по ней. — Силу забрали у самых могущественных и запечатали, но при этом создали врата, позволяющие нам перемещаться между реальностями.

— Как эти? — уточнила Тесса.

— Да.

— И эти зеркальные врата — единственный способ, которым Судьбы могут попасть сюда? Как и все остальные?

Серафина помедлила. Ее глаза снова сузились, изучая Тессу, прежде чем она осторожно ответила:

— Всегда есть обходные пути. Вопрос лишь в том, готов ли кто-то заплатить цену. Врата — просто самый простой и быстрый способ.

— Но Судьбы все равно придут за мной? — настаивала она. — Потому что я и есть дисбаланс.

— Я не могу говорить о намерениях Судеб или их пророчествах. Я имею дело со снами и желаниями.

—А я имею дело с Хаосом! — сказала Тесса, и от этого жутковатого оттенка в ее голосе Лука мгновенно насторожился.

— Ты сожалеешь о своем выборе? — спросила она.

Богиня тоже сделала шаг назад, будто Тесса могла как-то повлиять на нее даже с той стороны зеркала. Возможно, дело было в свете и тьме, клубившихся вокруг Тессы и стекавших с нее, словно тонкий туман. Или в искрах золота и серебра, мерцавших среди них. Возможно, в разрядах энергии, прорезавших все это пространство, как молнии. Но, скорее всего, дело было в бурях, зарождавшихся в ее ладонях. Это были вращающиеся вихри: одни были из ослепительно белого, другие из глубочайшей черноты. Лука кожей чувствовал это притяжение и отталкивание между ними в самом воздухе.

Серафина с трудом сглотнула, словно понимая, что ее ответ приведет в движение нечто неизбежное. Но голос ее звучал твердо и мощно:

— Нет. Я бы выбрала Ариуса хоть тысячу раз.

Прежде чем кто-либо успел моргнуть, Тесса рванулась вперед. Ее ладони врезались в стекло, и от кончиков пальцев тут же разбежались паутинки трещин.

— Тессалин, нет! — ахнула Серафина, богиня пошатнулась вперед, а белая змея подняла голову, проявляя интерес. — Ты не понимаешь цену этого! Я… я не знаю, как это изменит мир!

Тесса склонила голову набок, пока магия потоком лилась из ее рук, а трещины становились глубже и шире. Зеркало начало яростно вибрировать, магия Тессы рассыпалась по нему искрами и рикошетила по залу.

— Я тоже не знаю, — ответила Тесса. — Я никогда не знаю, что произойдет. Полагаю, на этот раз мы все окажемся в равных условиях одного игрового поля, не так ли?

Она убрала ладони от поверхности стекла. Ее ноги оторвались от пола, когда сила вокруг нее взмыла вверх, а потом она снова обрушила руки на зеркало. Богиня открыла рот, но никто так и не узнал, что она хотела сказать: та исчезла, а осколки стекла посыпались на пол.

— Нет! — взревел Разик, бросаясь вперед, но Лука опередил его.

Не чтобы остановить Тессу, а чтобы отшвырнуть брата назад. Его крылья вырвались наружу, разрывая рубашку, и Разик зарычал в ответ.

— Не трогай ее! — предупредил Лука.

Глаза Разика уже изменились, вертикальные зрачки пылали яростью. Его тело дрожало. Лука видел, что брат борется с превращением так же, как и он сам.

— Это наш единственный путь домой! — прорычал Разик. — Если ты думаешь, что я позволю ей уничтожить его и оставить нас здесь навсегда, ты…

Но он не успел договорить. Пол под ними содрогнулся, заставив обоих пошатнуться. Сверху посыпались мелкие камни и обломки. Разик резко выбросил руку, притягивая к себе Элизу, а Лука развернулся и нашел взглядом Тессу. Сила продолжала струиться из нее, расползаясь по полу, взбираясь по стенам, проникая сквозь потолок.

— Тесса, что ты творишь?! — крикнул Лука, но был почти уверен, что она его не слышит. Она ушла слишком глубоко в свою силу.

Как, блядь, он должен был вытащить ее оттуда?

— Нам нужно убираться отсюда! — заорал Тристин. — Она разрушит этот зал!

— Заставь ее остановиться! — снова зарычал Разик. — Это наш единственный путь домой!

— Все уже кончено, — произнесла Тесса тем самым жутким, звенящим голосом, от которого все замерли и обернулись к ней.

Все ее существо светилось аурой… хаоса.

Света и тьмы. Энергия и искры. Начала и концы.

— Зеркало все еще стоит, — возразил Разик.