— Спасибо, любовь моя. Я не хочу больше оставаться без тебя, — я прижал ее крепче. — Боже, Кэлли, когда Томас рассказал мне об этой работе, моя первая мысль была о тебе. О нас. О том, чтобы быть рядом с тобой, иметь возможность видеть тебя.

Я вспомнил свою реакцию и то, как Томас рассмеялся над моими словами. Я по сути сказал ему то же самое, а потом понял, что выпалил это своему начальнику.

Он лишь отмахнулся от моих извинений.

— Не извиняйся, Шейн. В жизни есть нечто большее, чем быть врачом. Найди баланс. Будь с женщиной, которую любишь. Если ты будешь счастлив в семье, это отразится на твоей работе. И наоборот. Ты был выбит из колеи какое-то время, даже не осознавая этого. А после праздников выглядел совершенно потерянным. Когда Дэвид рассказал мне о твоей девушке, я понял, что эта должность предназначена именно тебе.

Он встал и пожал мне руку.

— Я открою вакансию и начну искать нового сотрудника.

— Возможно, ничего не выйдет.

Он покачал головой.

— Ты слишком хорош, и им нужен именно ты. По крайней мере, у меня останется Нельсон, которого я могу мучить, — он подмигнул и отпустил меня.

— С того момента я начал усердно работать, чтобы попасть к тебе.

Она вздохнула, и я поцеловал ее, всматриваясь в ее лицо. Она выглядела изможденной.

— Похоже, я приехал как раз вовремя. За вами нужно присматривать, мисс Джеймс. И вам повезло. У меня есть диплом, подтверждающий, что лучше меня никого нет.

— Ты педиатр, Шейн, — сказала она с улыбкой, но не возразила, когда я подхватил ее на руки, отнес в комнату и уложил на кровать.

— Тсс. Я эксперт по уходу за Кэлли. Сейчас час сна, потом я приготовлю тебе ужин, и мы примем ванну.

— А ты?

— Я закрою дом и приду к тебе. А завтра мы поговорим обо всем и распланируем.

— Это приказ врача?

Я наклонился и поцеловал ее.

— Это приказ врача.

Следующее Рождество

Я заехал в гараж и заглушил двигатель. Потянулся, зевнул и тихо вошел в дом. Цветные огоньки на елке в гостиной мягко освещали коридор, и, скинув обувь, я вошел в комнату, остановившись перед тем прекрасным видом, что открылся мне.

Кэлли мирно спала в большом угловом кресле, которое она так любила, а на ее груди дремала наша дочь. Их обеих укрывал легкий плед, на полу валялась пустая бутылочка. Я смотрел на своих девочек, и огромная волна счастья переполнила мою грудь.

Наша Мадлен, или Мэдди, как мы ее называли, стала неожиданностью для нас обоих. Оказалось, светящиеся в темноте презервативы были не такими уж надежными, а усталость и подавленное настроение, что испытывала Кэлли, были чем-то большим, чем просто тоской по мне. Ее тело бушевало от гормонов беременности. Самая большая ирония заключалась в том, что никто из нас не понял этого вовремя. Я был по уши в делах, переезд, поиски жилья, а Кэлли сходила с ума, разбирая свой магазин после того, как приняла предложение о его покупке. Мы все пропустили. У нее всегда были нерегулярные циклы, и она не придала этому значения. Я же был так отвлечен, что ослеп. Все прояснилось лишь в тот день, когда я был там с Элли, помогая Кэлли упаковывать вещи в магазине. У Кэлли закружилась голова, и что-то во мне щелкнуло, когда я подхватил ее. Ее эмоции, постоянная усталость, редкая тошнота. Я полностью пропустил очевидные признаки. Элли принесла тест на беременность, и позже в тот же день я узнал, что стану отцом.

То, что я тогда почувствовал, было куда сильнее, чем просто радость.

Все наши дела ускорились. В течение месяца мы купили дом, перевезли Кэлли, я приступил к новой работе, и мы начали жизнь вместе. С ней все было так же естественно, как дышать. Моя семья любила ее, и родители, и Элли часто приезжали. Как я и ожидал, Кэлли и Элли стали невероятно близки.

Однажды летом я преподнес Кэлли сюрприз, опустившись на одно колено в саду.

— Кэлли Джеймс, окажешь ли ты мне необыкновенную честь стать моей женой?

Ее прекрасные глаза наполнились слезами.

— Да.

Я надел кольцо ей на палец и поцеловал руку. Приложил ее ладонь к своей щеке.

— Скоро?

— Назови день, — ответила она.

Через месяц мы стали мужем и женой.

Когда в сентябре появилась Мэдди, наша семья была рядом — помогали Кэлли, следили, чтобы я не уронил новорожденную дочь, запасали дом едой и всем остальным, что нам могло понадобиться. Когда они уехали, мы уже мечтали о тишине, а страх остаться наедине с младенцем стал настоящим. Но, как команда, которой мы с Кэлли стали, мы справились вместе.

Я пересек комнату и опустился на колени перед своими девочками. Положил одну руку на руку Кэлли, а другую на спину Мэдди, мягко поглаживая. Веки Кэлли вздрогнули и открылись, ее губы изогнулись в улыбке.

— Привет.

Я наклонился ближе и поцеловал ее.

— Привет, мамочка. Как мои девочки?

— Хорошо. Мы уснули, пока ждали тебя, — она сделала паузу. — Как Джош?

У одного из моих пациентов была операция, после которой поднялась температура. Я задержался, чтобы убедиться, что с ним все будет в порядке.