Думаю, ничего плохого не случится, если я расскажу им то, что произошло. В конце концов, они могут рассердиться и перевести меня в подвал или вообще начать пытать. Так что хоть какую-то информацию им надо выдать.

– Да, могу. Я видела часть обряда, еще не находясь в теле, видела, как вы ушли, чтобы отбиться от нападения белых. После этого меня засосало в тело, я хотела показать жрецам, что очнулась, но шевелиться было очень трудно. А потом вдруг один из жрецов убил второго, того, который был с бородой. Илай в это время ушел из комнаты.

– Откуда ты узнала, что младшего жреца зовут Илай? – поинтересовался седой.

– Потому что другой жрец с седой бородой назвал его Илаем и попросил снять накопители. А потом Илай вернулся и напал на убийцу.

– Смирл, ну, жрец с бородой что-то говорил? – спросил Петька-Лоран. – Или Клит, который его убил?

Я начала вспоминать сцену своего появления в этом мире:

– Да, убийца сказал, что белый господин приказал уничтожить кокон. Когда пришел Илай, он сказал, что не хотел бы его убивать. Потом жрецы подрались и убили друг друга. Илай сначала притворился мертвым, а потом напал со спины на предателя, но сам умер, – сумбурно закончила я.

– Клит перед смертью понял, что душа все же вошла в кокон? – в наш разговор включился эльф.

– Да, он увидел, что я открыла глаза и осознанно смотрела на него. Когда тело стало меня слушаться, я дошла до комнат и увидела вещи жрецов. Когда объявили эвакуацию, думала, за вещами кто-то придет и заберет меня.

– Что объявили? – переспросил Конан-варвар.

– Ну, – я поняла, что тут, видно, не знали слова «эвакуация», – когда передали по связи, что надо уходить, потому что белые скоро прорвутся. За вещами никто не приходил, и я решила, что это вещи убийцы. Потом поняла, что надо прятаться самой.

– Почему ты не воспользовалась кристаллами телепортации? Они были у Клита в сумке, – спросил некромант. Я не знала, что ответить на этот вопрос, но вмешался Конан-варвар, точнее Амран-варвар:

– Она не знала, какие куда ведут. – Я кивнула, как будто и правда не знала, а здоровяк добавил: – Нам интересно, как ты догадалась спрятаться в пещере под источником и откуда вообще узнала о ней.

– В коридоре, рядом с комнатами жрецов, я увидела люк. Залезла наверх, там была скрытая лестница.

– Откуда ты про нее узнала? – подозрительно сощурился седой, точнее Уорн.

– Ниоткуда. Я просто увидела ее, – мужики непонимающе на меня посмотрели. – Там была не совсем лестница – просто ниша, штырь, полочка, потом еще одна ниша. И они не случайно расположены, а так, чтобы на них можно было опираться руками и ногами. Таким образом влезла на чердак. В окно на чердаке увидела пещеру, поняла, что она видна только с моей позиции, а с тропинки ее не разглядеть, ну и решила спрятаться в ней. У меня была веревка, я ее перекинула через руку статуи, по ней и спустилась.

– Так-так-так, – седой задумчиво потирал подбородок, потом резко сделал два шага вперед и сел на кровать, уставившись на меня своим фирменным взглядом «покайся, несчастная». – А как же ты активировала метку?

– Активировала метку? Я ничего не активировала.

– Неужели?! – издевательски удивился Уорн. Он резко схватил мою руку и указал на зеленые выступившие вены на запястье. – А это что? Не метка?

– Но, – я растерянно уставилась на зеленые татуировки, – она сама появилась.

Седой нахмурился.

– Ты пила из источника? – вдруг спросил Амран.

– Да, пила, а потом мне плохо сразу стало, – вспомнила я.

– У тебя были мелкие порезы? – продолжил допрос здоровяк.

– Нет.

– Должна быть кровь… – вслух задумался Конан, точнее Амран-варвар.

– Я язык прикусила, когда на чердак влезала, сильно прикусила, до крови. А еще руки ожгла о веревку, по которой спускалась.

– После этого тебе плохо стало?

– Нет, после того, как воду попила, мне некогда было кружку доставать, я ладонями зачерпывала.

– Да, теперь все ясно, – протянул седой.

Амран, видя мое непонимание, пояснил:

– Чтобы метки появились и связали нас, тебе нужно было смешать кровь с водой из источника и выпить. Когда возникли метки, мы поняли, что обряд состоялся, и начали тебя искать.

Твою мать! Если бы я не выпила воду сразу, а дождалась, когда язык и руки заживут, то метки бы не появились и они меня не искали бы, чтобы на алтаре порезать. Вот дура! Идиотка, зачем я к воде полезла?!

Похоже, я так разозлилась на саму себя, что последнее предложение сказала вслух. Лица мужчин снова посуровели.

– Неужели ты готова была умереть в Черных горах, только чтобы не быть связанной с нами? – недоверчиво спросил Лоран-Петька.

– Я бы не умерла. Я умею выживать в горах.

– В горах – может быть, но не в Черных горах. Разве ты не знаешь, что черный камень выпивает магию и силы?